Весь мир охвачен войной. Кто-то воюет с порождениями тьмы, кто-то с магами, кто-то с прошлым, а кто-то с собой. Среди огня раздоров маленькая группа людей сражается за будущее.
Айнон отвлеченно напевал веселенькую песенку, одновременно с этим смешивая порошки, что в будущем должны были стать дымовой фляжкой с парализующим эффектом. Слева в колбе над магической горелкой кипело то, что будет отличным оружейным ядом. Свою отраву он предпочитал варить сам. Так, по крайней мере, всегда будешь знать, что это сработает. Мужчина сменил мотивчик и принялся за другой состав. Порой сосредоточиться было сложно, а несложные песенки помогали с этим управиться, хотя окружающие почему-то находили эту привычку пугающей. Один лишь Пересмешник начинал дьявольски хихикать в тон. Вот уж кто был действительно пугающим.
Вообще-то, он собирался сегодня уйти. Сбежать из Киркволла, если честно, снова, подальше от того, что тревожило, вызывало бурю эмоций, с которыми он не мог справиться. Он и правда собрался, вышел из дома, дошел до складов в Порту. Посмотрел на чертов корабль до Антивы и-и-и… потопал обратно. Глава гильдии опять будет скандалить за очередное своеволие, не говоря уже о привычном сеансе мозгоедства от Пересмешника. Но шли бы они к Архидемону в Бездну. Дарис такого, конечно, не заслужил, он всегда был ему добрым другом или хотя бы пытался. Только вот маленькой вольной птичке не понять всех рабских проблем.
Айнона мучили плохие предчувствия и неясные видения. Но не настолько неясные, чтобы не понять, что будущее Киркволла залито кровью. Он рассчитывал уйти, тем самым изменив возможное будущее. Он совсем не разбирался в теории предсказаний, но справедливо полагал, что если из системы убрать одно из действующих лиц, то и события, что имеют шанс превратить Киркволл в кладбище, а его собственную жизнь в Ад, уже не произойдут или произойдут иначе. Но, глядя в зеленые глаза, полные тревоги, он осознал, что судьба всего Киркволла волнует его куда меньше, чем обладатель этих глаз. И теперь… оставшись, он мог лишь надеяться, что сумеет найти возможность если не исправить, то хотя бы уменьшить последствия своего выбора.
Как знать, быть может, и этот выбор был предопределен.
Входная дверь противно скрипнула. На самом деле, старая лаборатория Данариуса находилась довольно далеко от входа, и звуков дома здесь было почти не слышно. Просто работа в гильдии убийц и веселое рабское прошлое приучили его внимательно вслушиваться в любые звуки. К тому же чертову дверь уже третий год не смазывали и открывали исключительно с пинка.
В доме что-то громыхнуло, и Айнон с раздраженным шипением насыпал порошка драконьего камня больше, чем требовалось. Он недовольно отодвинул от себя испорченную смесь: позже он обязательно пересчитает пропорции, а сейчас лучше пойти проверить, что так рассердило Большого Страшного Волка. Пока не громыхнуло еще что-нибудь.
Фенрис предсказуемо обнаружился в бывшей библиотеке на втором этаже, а ныне просто гостиной. Эльф чему-то недовольно хмурился, раздраженно оглядывая комнату, будто собирался устроить дому серьезную перепланировку. Прямо сейчас и прямо мечом. Айнон хмыкнул, и Фенрис резко обернулся на звук, протягивая руку к мечу за плечом. На пару мгновений его лицо приобрело потрясающее удивленное выражение.
- Ты здесь?.. Почему? - он недоуменно моргнул.
Да уж, прямой, как траектория падающего камня, и так же, как камень, имеет шанс больно врезать по голове. Айнон подавил желание закатить глаза и предпочел притвориться, что не понял смысла вопроса, отвечая в любимой ироничной манере.
- Вообще-то, ты сам мне предложил здесь пожить. Или это был намек, что мне пора съехать? - он вопросительно вскинул брови, продолжая весело улыбаться. По крайней мере, он на это надеялся.
- Э… нет, я совсем не это имел ввиду. Прошу прощения, если я показался… грубым. Я думал, ты собрался уезжать.
Айнон мысленно поморщился: он ненавидел, когда Фенрис начинал изъясняться в этой вежливой манере, аккуратно подбирая слова. Лучше бы он грубил - вежливость в его устах звучала, как напоминание о рабском прошлом. О рабском прошлом их обоих. Зато когда он был груб, то был искренен. Но не держать же его все время на взводе? Перепланировка этому дому совсем не нужна.
- М-м-м, веселье перенеслось, - Айнон миролюбиво улыбнулся, склоняя голову к плечу. Что ж, раз разговор пошел в изысканном стиле, то и он так может. - Я останусь тут, с твоего разрешения, еще немного.
- Дом большой, - Фенрис вновь эмоционально отстранился, как и всегда, когда речь доходила до личного - будто стирая все чувства, он может защититься.
- Тогда я на кухню, придумаю, что нам пожрать, - Айнон усмехнулся и притворно вздохнул. - Не все же в вонючем “Висельнике” сидеть. И не угадаешь ведь, из чего готовят.
- А, так ты решил хозяюшкой заделаться, - тон Фенриса чуть потеплел. Друзья сделали свое дело - он научился говорить гадости. Айнон хмыкнул и поддержал тему.
- Ты вообще-то отравителя пускаешь на кухню, не боишься найти в своей тарелке что-то лишнее?
- А я могу засунуть руку тебе в грудь и вынуть сердце, все еще не убегаешь с криками? - Фенрис саркастично усмехнулся.
- Уговорил, сегодня только картошка с мясом, - Айнон весело улыбнулся.
