– Уже поспала, – улыбнулась я Олегу, вспоминая и восхищаясь его слаженными чёткими действиями при родах. Всю ночь он не смыкал глаз, боясь проспать схватки. В нашем мире роды принимает отец ребёнка, как правило, без посторонней помощи. Они готовятся к этому заранее и готовы к различным вариантам. Если всё-таки, случаются какие-либо непредвиденные ситуации, что происходит довольно редко, примерно один случай на миллион, то всегда есть возможность переместиться в род. зал, где окажут квалифицированную помощь. Повторюсь, такое случается крайне редко. Обычно, каждый папа благополучно принимает младенца из лона матери. Для ребёнка важно оказаться в любящих и родных руках, нежели в чужих и незнакомых для него, так как структура физического тела новорожденного настолько тонкая и уязвимая, что легко нанести травмы энергетического характера, если другой человек случайно или осознанно будет в плохом или равнодушном расположении духа. Это чревато серьёзными последствия для малыша. Такой ребёнок может навсегда остаться с эмоциональной татуировкой, которую будет сложно вывести в течение жизни. Поэтому, каждая мама с начала беременности старается делать всё, чтобы самостоятельно родить дома в присутствии своего мужа.
– Люблю тебя, – прошептала ему, когда он нежно прикоснулся к моим губам.
– А я вас просто обожаю!
Олег ещё немного побыл с нами, тихонечко покачал люльку, укрыл простынкой ножки сына и наказав беречь себя, отправился заниматься нашим делом об электричестве. Мы уже проводили несколько раз эксперименты и у нас даже пару раз получилось! Здесь не стану описывать все подробности, это ни к чему. Надеюсь, у нас всё получится и при большом желании вы сможете сами всё посмотреть в архивах за 2318-20 годы. Примерно, ещё пару лет понадобится, чтобы завершить совместный труд нашей небольшой компании. Я уже писала о том, что мы с Олегом не справляемся и поэтому пригласили друзей, Источник в это же самое время дал добро на открытие ещё пятерых воронок, равное количеству вновь прибывших. Будем верить, что однажды люди будут иметь доступ к электричеству в любом месте, в любое время и без ограничений. И дело не только в опутывающих проводах, столбах, различных установок, уродующих планету, но и свободе каждого отдельного человека. Сейчас практически каждый человек зависит от установки, от которой питается его дом, эта установка является собственностью властителей. Мы вынуждены платить за потреблённую энергию и являемся заложниками огромной системы, которая словно дёргает за верёвочки, управляя и направляя нашими желания, потребностями и так далее. Мне кажется, если вдруг у нас не получится это дело или мы не успеем, то возможно свершение революции, подобной той, свидетелем которой стал в детстве Радомир. Только у нас это произойдёт по-другому – без убийств и кровопролитий.
Заплакал Ноэль, видимо, чувствуя моё настроение про все эти революции, беспорядки и несправедливость.
– Ччч, ччч, – взяв на руки сына, заходила с ним по комнате, убаюкивая, обещая, что не буду больше сердиться даже мысленно в его присутствии. Он сладко зевнул, будто понимая о чём говорю, успокоился и снова заснул. Положив его в люльку, я налила воды из графина и хотела уже прилечь, как увидела, что быстро замигал ярко красным трекер, издавая при этом ультразвук на частоте 8500 Гц. «О нет! Только не сейчас!» – взмолилась я, глядя с опаской и тревогой то на прибор, то на маленького Ноэля. Посмотрев на табло трекера, мне удалось перевести непонятные символы в слова. «СРОЧНО. ВАЖНО. МОНАСТЫРЬ. РАДОМИР.» Отправив ответ на запрос, стала одеваться, предчувствуя, что случилось нечто серьёзное. Через какое-то время послышался голос домашнего робота, который сообщал о прибытии гостя. Включив видеоняню над изголовьем малыша, я спустилась вниз. На пороге меня ждал Радомир, судя по выражению его лица, дело действительно, было срочным и важным.
– Прости, Лика! Но без тебя никак! Дело слишком важное, иначе я бы и не посмел, – затараторил он, как обычно, в своей манере.
– Проходи, успокойся и расскажи, что произошло.
– Трёхлетняя девочка проникла в монастырь, слышно, как она плачет, родители пытались зайти следом, но у них не вышло. Не могут даже дверь открыть, её словно заблокировали. Я пытался попасть туда, но меня не пускает какая-то сила, будь она не ладна! Настраиваюсь на точные координаты нахождения монастыря, но каждый раз появляюсь в другом месте. В другом, Лика! Только не в монастыре! – он горько вздохнул и посмотрел на меня умоляющим взглядом.
– Ты хочешь, чтобы я попробовала? – после продолжительной паузы спросила своего друга. Он кивнул головой в знак утверждения и опустил голову на руки, сложенные на столе. Механически разливая свежезаваренный чай по кружкам, ставя на стол домашнее печенье и положив льняные салфетки, я думала в этот момент лишь о сыне. А что, если у меня не выйдет? Что, если…
– Ты не обязана соглашаться! – прервал мои мрачные мысли Радомир, подняв голову и посмотрев на меня в упор.
