– Да, точно! – мама придвинулась ближе, чтобы получше рассмотреть. Увеличивая инфо окно, я приблизила кадр, на котором можно было хорошо разглядеть стоящего возле шаттла Олега, направлявшего в аппарат лазерное оружие Калашникова, бьющего тонкими голубыми лучами. Аппарат дёрнулся в сторону, потом в другую, завис на месте и резко рванул ввысь, оставив после себя тёмное облако пыли. На экране появились полосы, изображение зарябило и совсем пропало. Попыталась настроить, но видимо, эта часть местности стала временно недоступной для инфо окна. Рассматривая другие части наших и соседних квадратов, мы приходили в ужас от увиденного. Так много лет жить в мире красоты и безмятежности, чтобы однажды всё это было разрушенным. Частично расколотый фонтан бил слабой струйкой, а там, где раньше резвились и смеялись ребятишки, была навалена груда камней. Площадь Зелёного Гнома стояла почти не тронутой, не считая несколько вышедших из строя голографических кроликов, которых было видно лишь наполовину. До монастыря, видимо, не добрались. Там ещё было тихо и относительно спокойно. Затем я перевела координаты на плато, голография Радомира по-прежнему тренировалась. «Интересно, зачем он это придумал?», – подумала я, глядя на его копию.
– Лика, включи трекер, тебе хотят что-то передать, – подбежала разрумянившаяся от игр племянница и тут же ускакала обратно. Я взглянула на трекер, совсем забыла про подзарядку. Подключив к источнику питания, браслет тут же замигал цветом от Олега. На этот раз он не запрашивал координаты, а просил переместиться меня. Без шаттла. На плато, где тренировалась голограмма. Родителям сказала, что пошла в туалет.
– Поаккуратнее там, – сказал вслед отец.
– Я твоего сына воспитывать не собираюсь! – строго, но с любовью добавила мама. Да уж, кого решила обмануть! Улыбнувшись, ответила, что сейчас буду. Появившись на плато, меня ждала Венера и ещё трое незнакомых мужчин, Радомир сидел, повернувшись спиной чуть поодаль, в глубокой пещере. Видно его было только нам. Олега не было.
– Мы хотим попробовать остановить всё это, но не знаем, справишься ты или нет, – начала Венера, – силы в тебе есть, но насколько мощные, понятия не имеем, рисковать не хотелось бы. Но и исключить не можем.
– Да объясни, что делать!
– Подключиться к Источнику, но это не всё, – она оглянулась на сопровождающих её мужчин. Те молча кивнули головами в знак утверждения и Венера продолжила, – Тебе нужно будет выйти за его пределы, несмотря на страх смерти. Пройти границу паники и остаться там, где окажешься. Остальное – по ситуации. Разберёшься.
– Остаться там, что это значит? – я однажды чуть уже было не осталась.
– Значит побыть там, куда выбросит запредельность Источника, время относительно там и здесь, но по нынешнему временному потоку это будет не более нескольких минут. Насколько там относительно время, сказать не можем, так как запредельность безгранична и где именно ты окажешься и окажешься ли вообще, невозможно даже предположить, – вступил в разговор один из мужчин. Только сейчас обратила внимание, что они не касались почвы, впрочем, как и их спутница.
– Будет страшно, сразу предупреждаю. Страшно так, будто умрёшь, если не откроешь глаза. Будешь слышать своё громкое и частое сердцебиение и слышать инфразвук, который будет похож на шум двигателей от самолёта, только в разы сильнее, – добавила Венера, – Мы все проходили через это.
– Сейчас мы пойдём в пещеру к Радомиру, только чуть подальше. Там есть где присесть, чтобы не быть увиденным и услышанным, – обратился ещё один мужчина из группы.
– Я согласна, только мне бы знать, где Олег?
