Краем глаза заметила, как вокруг нас двоих вырастает светлая непрозрачная стена, отгораживая от команды. Капитан, словно нехотя, помог сесть на ставший совсем коротеньким диван. Эдакое кресло... Широкое, мягкое, но только на двоих.
- Это не я, - не без труда выдавила из себя, указывая на нежно-бирюзовую перегородку, кольцом опоясывающую несколько метров пространства вокруг нас. - Честно, не я.
- И не я, - озадаченно и встревожено отозвался Торадин.
Потом молча встал, приложил ладонь к стене и прикрыл глаза. Не верит. Да и как тут поверить? Я бы точно засомневалась. Я чужая, психованная и вообще... Слезы полились градом.
Я вжалась в спинку дивана, подтянув к груди колени и обхватив их руками. Почему все так? Когда капитан обернулся, уже во всю глотала соленые капли.
- Катя, - Мужчина опустился на колени рядом со мной и мягко провел ладонью по мокрой щеке.
- Это не я, - всхлипнула, чувствуя себя еще более виноватой, чем прежде. И вот ничего не делала, а ощущение, будто нарочно всем жизнь порчу. - Я не хотела!
- Чего ты не хотела? - Ласково начал было, и осекся, напрягшись. - Если ты о... - посмотрел на мои губы, отвел взгляд и выдавил хрипло: - Я понимаю, это произошло случайно. Очень жаль, что тебя это так расстроило. Обещаю не напоминать и, если тебе неприятно меня видеть, постараюсь не попадаться на глаза. Как только смогу уйти.
Ничего себе выводы! Изумление даже слезы вмиг высушило.
Это он о чем? С чего столько виноватого сожаления и трагизма в голосе? «Неприятно видеть»? Эм... словно думает...
Мысли путались, слова застревали в горле, но смотреть, как бессильно опустились большие руки, было невыносимо. Господи, как же это спросить-то? Сказать... Покраснев до корней волос, наконец выдавила:
- Мне... приятно тебя видеть, - сглотнула, когда капитан, вздрогнув, впился недоверчивым взглядом в мое лицо.
- Правда? - почти беззвучно.
Я только кивнула и отвела взгляд, спрятав лицо за коленками. Стыдно-то как...
- Катя, - хриплое, и виска легко коснулись теплые пальцы.
- А тебе... - прошептала, не поднимая головы. - Тебе было неприятно, да?
Вот, спросила-таки, и сжалась в ожидании ответа. Сама не знаю, чего боюсь, но боюсь. И еще провалиться сквозь землю хочется, да только земли нету. А он молчит! И рука на виске словно окаменела. Ох, ну зачем я вообще это сказала? Почему не промолчала? Как теперь буду ему в глаза смотреть...
- Почему тебя это интересует? - В очень тихом голосе почудилось нечто напряженно-выжидательное.
-Пожалуйста...
Господи, ну как ответить? Как вообще можно на такое ответить? Да никак, блин!
Подняла голову, собираясь с духом, и... обомлела от болезненно-жадной пристальности взгляда мужчины. Блестящие большие глаза светились недоверчивой... надеждой? Ух... а он ведь... он не... я...
- Руки сами собой потянулись к покрытым чешуйками скулам. Завороженная глубиной глаз и собственной реакцией я качнулась вперед и прижалась губами к его губам. Прижалась и тут же отпрянула, снова пряча лицо за собственными коленками. А если все не так поняла? Если... Ох...
Пару секунд капитан молчал, но... мне почему-то чудилось в звенящей тишине... изумление. Радостное! Да нет. Наверное, сама себя обманываю, чтоб не так стыдно, и...
- Катя, - очень осторожно и бережно чуть дрожащие ладони приподняли мое лицо. Капитан робко улыбнулся: - То есть ты не будешь против, если я... тебя поцелую?
- А я таращилась на него, как дура, вместо того чтобы хоть что-то ответить. Ой, мамочки... какой он красивый... Странный, но такой... невероятный... Как небо. Почему раньше не замечала?
Видно, капитану слов и не требовалось. Хватило взгляда. Мужчина поднялся сам и поднял меня. Поставив на диван, придерживая одной рукой за талию. Вторая ладонь мягко легла на затылок. Торадин пару секунд ожидал возражений. А вот фигу! Чего нет, того нет.
Когда он медленно склонился, я только дыхание задержала, чувствуя, как замерло где-то в левой пятке сердце. Склоняться было недалеко, потому что меня-то капитан на диван поставил. При значительной разнице в росте теперь мы как раз оказались на одном уровне. А еще...
Когда меня накрыло осторожным, нежным и пронзительно-бережным поцелуем, сомнения, мысли и страхи куда-то подевались. Корабль, диван, стены, да и вообще все -растаяло. Остались только бесконечная нежность губ и надежная уверенность мужских рук... Ноги ослабели, и я качнулась к Торадину, обнимая его за шею.
- Ба-а-бах!
Как оказалась у Торадина за спиной - не поняла. Почему вокруг вонючий дымоган, щиплющий глаза - тем более. Тупо стояла, хлопала ресницами и пыталась сообразить: где я, кто я и... Что вообще происходит?
- Кэп, вы живы? Каюк вас не съела? Она...
Тряхнув головой, я развернулась и выглянула из-за плеча капитана. Перегородка обзавелась огромной дырой, за которой стоял Дорн с веником наперевес. С тихим шипением бирюзовая, частично оплавленная стена ушла в пол, явив взгляду экипаж Капли в полном составе.
