Мужчина протянул открытую ладонь целителю, и я едва сдержала изумленный вскрик. когда пальцы вдруг превратились в гибкие щупальца. Одно мгновение - и я выдохнула. Фух, показалось... Ладонь как ладонь, знакомые очертания.
- Как... вы контролируете трансформацию? - Ужас в голосе медика смешался с благоговейным восторгом.
- Когда относительно спокоен - да, - неуверенно кивнул мужчина.
- Это... это невоз... - целитель осекся, заворожено уставившись на шею начальства. - Вы это видели?!
- Что именно?
Толстячок, не отрывая взгляда от начальства, попятился. Легкое прикосновение к стене и на ней возникло большое зеркало.
Неопределенно помахав дрожащей рукой. Док сглотнул:
- Кольца... Посмотрите...
-Я и отсюда вижу, что их три и окрас не тот. который бывает в моменты кризиса, но...
- Нет, - почти пропищал толстячок, - я не о том!
Приглядитесь повнимательней.
Торадин недовольно поморщился, но шагнул к зеркалу. В чем там дело, я не поняла, но, обернувшись к врачу, мужчина несколько секунд напряженно молчал, а потом:
- И что это может означать?
- Представления не имею. - развел целитель руками -Подобных случаев никогда прежде не было. Чтобы монстр...
И вот тут что-то во мне взорвалось:
- Не называйте его так никогда! - вскрикнула, садясь, и... снова упала на подушки, не узнав в сиплом карканье своего голоса.
Язык словно прилип к небу, а в глазах потемнело. Зря я так резко дернулась.
- Катя? - позабыв о зеркале, кинулся ко мне капитан. - Ты как?
- На букву «X», - прохрипела. - Не подумай, что хорошо. Попить дашь? Пожалуйс...
Не успела договорить, как у губ оказался стакан воды, а широкая ладонь, придержала за спину, помогая сесть.
- Ты чудо, - выдохнула искренне и присосалась к стакану.
Глотать было немного больно, и горло саднило, но я выпила все до капли и устало улыбнулась:
- А пойдем спать? Здесь очень лекарствами пахнет. Нервирует.
- Кать, - обнимая за плечи и удерживая в сидячем положении, Торадин склонился ближе. - А ты не шутила?
- Когда? - не поняла я, с замиранием сердца глядя прямо в большие зеленые глаза.
- Когда сказала, что если и монстр, то твой? - почти беззвучно прошептал лагортианин.
Уф... Ты прости, я просто разозлилась тогда, -устыдившись того, что повторила за парой идиотов такую пакость. Выпороть бы меня за такое, да поздно. Слово не воробей: вылетит - не поймаешь. - Конечно, никакой ты не монстр.
- Ты так думаешь? - скептически изогнул бровь капитан.
- Очень жаль, если дала тебе повод считать иначе, -буркнула, отворачиваясь, но мужчина осторожно придержал за подбородок, не давая отвести взгляда.
- А если я все-таки... монстр?
- Тогда я тебя поцелую, и ты превратишься в прекрасного принца, - хмыкнула нервно. - Пошли спать? Пожалуйста.
- А у землян поцелуи обладают целительными свойствами? - встрял совсем не к месту Док, подаваясь вперед.
- Как бы не так! Это помогает исключительно против злого колдовства, - ответила, любуясь слегка клыкастой улыбкой капитана. - В случаях с насморком, геморроем и чахоткой поцелуи бессильны.
Торадин усмехнулся и легко поднял меня с кровати.
- Жаль, что колдовства не бывает. Не знаю, как на Земле, а у нас точно, - выдохнул негромко.
Угу. А я в этот момент думала только почему у меня в такой момент на голове суп! Волосы наверняка слиплись и напоминают гнездо слюнявого аиста. Р-р-ро-о-мантика, блин! Чуть отклонившись, сдернула с кровати какую-то тряпку и шустро накинула на голову.
Лагортианин вздрогнул и уставился на меня с печальным недоумением во взгляде.
- Зачем? - спросил.
- Хм... А чтоб желания съесть не возникло, - отшутилась смущенно. - Суп с волосами - фиговый деликатес.
- Кстати о еде, - повернулся он к медику.
- В идеале - мясо, рыба, фрукты и как можно больше пить, - отозвался тот. задумчиво разглядывая нас. - А еще лучше будет несколько часов полежать в стацкамере. Я...
Откуда ни возьмись между Доком и нами выросла сплошная стена, а дверь в каюту распахнулась сама собой. Из коридора с клекотом влетела разноцветная станка поклонов. Закружила, замельтешила, подталкивая Торадина в спину к выходу.
- Лучше бы вы Кате с кухни принесли еды, - ворчливо заметил капитан, когда желтый мазнул его пушистым боком по щеке.
Я же лишь улыбнулась, пряча лицо на широкой груди. И вот зря я это сделала. Торадин явно к себе забежать не успел и сейчас щеголял в одних штанах, а торс оставался обнаженным. До того момента, когда уткнулась в гладкую теплую кожу, с легкими шершавинками чешуек, факт неодетости лагортианина как-то упустила из вида - не до того было. А теперь...
Сердце пропустило удар. Воспоминание о поцелуе обожгло губы. Краска бросилась в лицо. но... Ни малейшего желания отстраниться я так и не почувствовала. Напротив, если бы не осознание собственного непрезентабельного вида, наверняка не сдержалась бы и бесстыдно поцеловала завораживающе пахнущую счастьем грудь. Ох, совсем с ума схожу...
Нимфоманка, блин.
