<p>Неболочь</p><p>Сергей Пахомов</p>Редактор Ната Сучкова
Корректор Нина Писарчик
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
<p>У костра</p>Если снег – это память о лете,Золотой листопад – обо мне…Почему бесшабашные детиНе играют «в чижа» в темноте?Почему не целуемся тайно,Отчего так неявно дрожим?Если смерть на земле не случайна,То случайна ли смертная жизнь?Спросим Бога. В пространном ответе —Шифровальные стоны огня…Подрастают деревья, как дети,У костра уходящего дня.<p>Натюрморт</p>Как черви, белень бересты,Лист, яблоки апорт,Дырявит пасмурность холсты —Осенний натюрморт.Октябрь напишет некрологКороткий колоску,Младенец ластится к соскуИ млечный лижет сок.Ночная падалица звёзд…Варгань, поэт, компот.Срывай одежды, как джек-пот,Как глотку певчий дрозд —С души, разденься догола,Стань немощен и наг,Развейся, как победный флаг,Библейская зола…Так, в зазеркалье луж смотря,Как смотрит в небо крот,Я вижу тучу, пескаря,Весь мир – наоборот.Смерть, словно нищенка, стучитКостяшками в забор…Звук – невозможен, нарочит,Как яркий свет в упор.<p>Вокзал</p>Пернатых вокзалов длинны журавли,Азалии в залах давно отцвели,Как сор на перроне, печален отъезд,Ворона в короне, где шпалы-диез.За взятие клади – медаль на грудиНосильщика-дяди, ему не кладиВ рот пальца… Не пялься: нехитрый багаж,И ветер на пяльцах, свивающий раж.Вокзал, как парник, где живут огурцыШершавых вагонов, вокзал, как Нарцисс.Вокзал – это Гудвин, заметный для глаз,Чей носик припудрен от слёз напоказ.Обросшие розами, словно в саду,Встречают Ромео Джульетт-какаду.Новеллою Грина, алее тоски,Летит балерина, не видя ни зги.Не россыпь гороха – отара цыганОпутала лоха в лохнесский туман.Вокзал – недоумок, Ходжа Насреддин.Таджик возле сумок халвой наследил.Картинка сменилась, как сценка в кино,Соринкою в глаз угодило бревно.Слова-мурава: «Не печалься, родной,Я буду скучать по тебе… за тобой…».<p>Нараяме</p>Листопад – это вини винями.В ноябре лист обуглен и чахл.Восхожденье души к Нараяме…Нобре я дочитал при свечах.Так, прокашлявшись, в старом каминеРазгорелись сырые дрова,Птицы-звёзды, клюющие иней,Угвоздились в промоине рва.Я заметил, что время проточно,Как ручей, как дымок из трубы…Одинокость строгает поточноСмоляные минуты-гробы.Восхожденье души к Нараяме…Этот путь беспощаден и долг,Так оскален в охотничьей ямеОдинокий, затравленный волк.<p>Бабочка</p> 
