— Ты меня раскусила, — усмехнулся он, но ничего не добавил, посмотрев куда-то в сторону, а я в это время почувствовала себя страшно одинокой, но он тут же развеял это чувство, добавив: — В моей профессии полезно иметь несколько имен.
— Когда я спрашивала кто ты, я имела ввиду не имя… — прошептала я одними губами. Он повернулся ко мне вновь и эффект был еще больше, чем в предыдущий раз. Я снова утонула.
— Знаю, — так же тихо, словно шелест листвы ответил он мне и взял мою руку в свою, взглянул на многострадальный палец, прошептал: — Бедняжка… — и обнял болящее место горячими губами. Боли я тоже уже не ощущала. Возможно, она и была, но я была так поражена происходящим и своими ощущениями моего пальца у него во рту, что это не имело никакого значения.
— Ну, как? — спросил он минуту спустя. Я как будто проснулась и обнаружила, что мы сидим на полу в обнимку. Наверное, мои глаза слишком широко распахнулись, потому что он тихо засмеялся.
И тут я вспомнила, кто он.
— Что вам нужно? — спросила я твердо, вернее попыталась, потому что голос дрожал.
— Они ищут кое-что…
— Что? — допытывалась я. Мне важно было знать, что рушит мою жизнь.
Он помолчал, вглядываясь в мое лицо.
— Беллини давал тебе что-нибудь? — спросил он тихо.
— Кто это? — решила я сыграть дурочку.
— Ты знаешь, кто, — его глаза стали холодными и я начала высвобождаться из его объятий.
— Он ничего мне не давал. Я его не знаю! С чего ему мне что-то давать?
Кириги отвернулся куда-то в сторону и не ответил. А потом снова резко взглянул на меня и сказал:
— Если ты врешь, то знай, что эта вещь может стоить жизни.
— Как Беллини? — спросила я с вызовом.
— Как Беллини, — подтвердил он.
На самом деле моя совесть была абсолютно чиста. Он действительно мне ничего не давал.
— Ну, так как? — спросил он меня еще раз после молчания.
— Он ничего мне не давал! — крикнула я ему в лицо.
Его глаза где-то с минуту изучали мое лицо, после чего он сказал:
— Хорошо, — улыбнулся Крейг, Кириги или как там его еще и встал, подымая и меня за собой. Странно, что он не спросил, не солгала ли я, не пытался запугать меня, не пытался выбить правду… он просто сказал: "хорошо". А потом развернулся и скрылся.
Я стояла посреди чердака и все смотрела в проход, где он исчез, не до конца понимая, что же здесь такое произошло, после чего спустилась к себе в квартиру. Там был такой же разгром, как и несколько минут до этого. И я не знала что делать — начинать убирать, или сесть и разрыдаться.
Кажется, моему психическому здоровью нанесен непоправимый ущерб, и в этот момент я не знала, на каком я свете. Страшно было заглянуть не только в завтрашний день, но и просто по сторонам. Двинувшись на кухню, я не была удивлена хаосом, который там царил, но, добравшись до нужного шкафа, я достала бутылку водки. Как говаривала одна из моих бывших начальниц: "тут без ста грамм не разобраться". Да и честно говоря, я уже чувствовала подобравшуюся вплотную истерику. Я открутила крышку и налила прозрачную жидкость просто в чашку, после чего, крепко зажмурившись, залпом выпила.
— О, Боже! — выдавила я из себя и закашлялась. Да, я не знала, на каком я свете, но он явно был неподалеку от преисподней!
— Мяу! — послышалось со стороны двери. На пороге стояло еще одно пострадавшее существо. Кажется, от страха черное чудище даже позабыло о том, что голодное, но теперь-то память к ней быстро вернулась. Я достала пакет кошачьего корма и высыпала его в ее миску. После чего стала ходить по кухне взад-вперед, прижав одну руку к губам, переживая последствия выпитого, а в другой таскала за собой бутылку, в которой эта адская жидкость еще осталась. Единственное, что нарушало идиллию полного сумасшествия — довольное чавканье усатой.
Я до сих пор не могла в мозгу родить ни единой связной мысли, которая была бы похожа на предложение, как тут зазвонил телефон.
— Женя!!! — кричала Алинка в трубку. — Меня ограбили!!!
— Что?!? — слабо спросила я и чуть не упала на подогнувшихся коленях. Спасло меня только то, что я схватилась за край стола — Ты… ты в порядке?
— Я то в порядке, а моя квартира — нет! — возмущенно говорила она.
— Ты воров не видела? — прощупала почву я.
— Конечно, нет, иначе бы убила! — заявила та в ярости, а перед моими глазами в который раз повторился момент выстрела.
— Что они забрали?
— Не знаю, — озадачено ответила она. — Я дома ничего ценного не храню, а золотые серьги на месте. Но все перевернуть, матрац вспорот! Они что, думают, я свои миллиарды под подушкой прячу?
Я оглянулась и сказала:
— Главное — что ты в целости и сохранности! В милицию звонила?
— А зачем? — со знанием дела, сказала она. — Они, что, когда-либо что-то раскрывали? Если да, то почему жертвы преступлений этого не почувствовали? Сама буду искать!
— Что?!? — я во второй раз за телефонный разговор спаслось от падения только при помощи силы своих рук.
