– Не желает, чтобы Наследник выполнил свою клятву, – жестко продолжил граф, выходя на площадь, где гостей дворца ждали кареты.
После этого мужчины замолчали, сели в экипаж и отправились в особняк дю Боттэ. Там уже во всю сновали слуги – укладывали сундуки, накрывали на стол. Камеристка Амелии строго отчитывала лакея, требуя бережно нести картонки со шляпками. Право слово, разгром пугал, но благородных лордов вовремя заметил дворецкий:
– Приказать подать бренди и закуски в ваш кабинет? – спросил он графа.
– Да-да, в кабинет! – пробормотал Жак, протискиваясь мимо горничной, с целой корзиной дорожных припасов. Масштаб сборов его откровенно пугал!
* * *
Амелия очень волновалась, усаживаясь на жесткую лодочную скамейку. Прежде она ничего не слышала про Священный лес, но в этом не было ничего удивительного – столица огромна, в ней есть место разным чудесам. По пути к причалу виконтесса пыталась коротко рассказать о том месте куда они едут, но ее фразы, сбиваемые ветром, не подготовили Амелию к тому, что они увидели. Огромный остров был окружен плотной стеной темных деревьев. Лишь напротив пристани своеобразная ограда открывала вид на извилистую дорожку, ведущую к первому из семи храмов. Послушница со стуком подвела баркас к причалу, выпрыгнула на толстые плахи, закрепила веревку на аккуратной тумбе и указала гостьям на тропинку, выложенную фиолетовыми камнями:
– Вы можете пробыть в Священном лесу до заката, леди. Вечером я буду ждать вас здесь.
Корзины с провиантом пришлось нести Брису и Илане. Юные маги просто наложили на них левитацию и картинно придерживали двумя пальцами, чтобы доказать свои умения и силы. Амелия поражалась тем переменам, которые произошли в детях за короткий срок. Она опасалась, что новые школы станут проблемой для провинциалов, но родственники графа дю Боттэ – это не то, что дети нищего священника с окраин королевства.
Младшие брат и сестра увлеченно учились, поздоровели и окрепли, а еще перестали сомневаться в завтрашнем дне. Внезапный визит дворецкого и посещение Священного леса они восприняли, как увлекательный пикник, и теперь всячески демонстрировали старшей сестре свои навыки, да еще успевали крутить головами, и комментировать увиденное.
– А почему тут вдоль дорожки цветут только лиловые и белые цветы? – спрашивала Илана.
– Потому что белые цветы означают Свет, – отвечала им леди Флайверстоун, уже бывавшая на острове, – а лиловые первую ступень познания себя – разум.
– Ой! – восторженно пыхтел Брис, – дорожка тоже лиловая! И стены!
– Возле первой часовни с весны до глубокой осени цветут лиловые цветы, напоминая смертным о том, что веру сначала принимает разум, – пыталась говорить серьезно виконтесса, – но по моему мнению это просто очень красиво! – тут она подмигнула детям и улыбнулась, заставив их рассмеяться в ответ. Тревоги Амелии отсутпили.
Они дружно дошли до невысокого фиолетового здания с округлой крышей.
– А почему храм такой низкий? – на этот раз от вопроса не удержалась Амелия.
– Следующий, синий немного выше, – объясняла леди Флай, – и так до самого высокого – алого. Если встать вот тут – дама потянула леди дю Боттэ к белому кругу в сочной зеленой траве, – можно увидеть все храмы сразу!
Девушка встала на выложенную камнем площадку, и замерла от восторга: все цвета радуги плавали в зелени и облаках цветов. Это было так красиво и волшебно, что она замерла, наслаждаясь удивительным видом. Илане и Брису быстро надоело ждать сестру – они расположились на скамейке, и принялись потихоньку ощипывать пышную булку. Амелия заметила это и напомнила:
– Перед пикником нужно зайти в часовню, поблагодарить Светлых!
Дети уже знали, что граф вернулся, и потому не стали возражать. Они дружно зашли внутрь, полюбовались на окна, в которых таинственно мерцали лилово-розово-белые витражи, зажгли фиалковые свечи возле укрытого сиреневым покровом алтаря, постояли, шепча одними губами слова благодарности, а вышли задумчивые, притихшие, словно увидели что-то новое в тенях, пляшущих на лиловых стенах.
До синего храма так и дошли впечатленные. Синяя тропинка вилась равномерно, словно волна, а по краям дорожки иногда возникали чаши-фонтанчики с золотыми рыбками. Илана не удержалась – покрошила в одну из чаш кусочек булки, и долго смотрела, как крошечные – с палец рыбешки жадно хватают крошки.
Рядом с синей часовней все напоминало о воде и море. Леди Флайверстоун сказала, что этот храм напоминает о бесконечности Творения. Ее не поняли, но строением полюбовались.
Здесь было на что посмотреть – у стен храма тихонечко журчали два маленьких фонтана, сине-серый камень и белая плитка в окружении зелени производили удивительное впечатление. Особенно понравились Амелии необычные растения с толстыми листьями, растущие в белых мраморных вазонах на бордюре.
