Затем Романо принялся искать по «гуглю» данные о Бриттани Хэймар. Подтвердилось, что она профессор Хантер-колледжа, преподающая современные направления в теологии, религии и атеизме. Среди ссылок он обнаружил упоминания о двух ее книгах, посвященных происхождению христианства, и цитаты из ее многочисленных статей, комментирующих Новый Завет. Самые свежие публикации в Интернете были связаны с откликами Хэймар на репортаж, посвященный готовящейся выйти в свет книге «Подложный Иисус». В ней профессор выступала сторонницей существования у Христа родословной. Романо озадачился вопросом, что именно могло увлечь преподавательницу в столь сомнительном направлении. Сам он за годы исследований не обнаружил не то что веских доводов — даже самых что ни на есть шатких оснований для данной теории. Зато всевозможные домыслы цвели пышным цветом.
Романо силился постичь, что могло послужить связующим звеном между ним и ею. Кто-то ведь непонятным образом свел их воедино! Но зачем? Пока напрашивался всего один общий знаменатель — их теологические изыскания и публикации на тему Нового Завета. Если так, то книга, над которой в данный момент работал Романо, могла в чем-то опровергнуть новый труд Хэймар. Однако его замысел находился в самом зачатке, и завершение ожидалось не ранее чем через год-два, тогда как ее опус, если верить слухам, практически готов. Концы с концами не сходились.
Итак, основным незыблемым фактором оставался анонимный звонок по поводу Евангелия от Иакова. Очевидно, что звонил стрелявший преступник. В силах ли полиция отследить расположение телефона? В этом Романо усомнился: кто бы ни задумал расправиться с Бритт, он, бесспорно, распланировал все вплоть до секунд и ни за что не позвонил бы с легко вычисляемого номера. Вновь и вновь священник возвращался к одному и тому же: зачем кому-то было убивать ее, а его подставлять под подозрение? Наконец он решил, что ответ так или иначе кроется в ее книге. Следовательно, предстояло побольше разузнать и о Бриттани Хэймар, и о «Подложном Иисусе».
— Брайан, ты не поверишь! — крикнул Том Катлер своему напарнику.
Он и сам с трудом мог принять за правду результаты компьютерного поиска. Катлер отправил их на принтер, чтобы получить бумажную копию.
— Что вы нашли? — на бегу спросил Донахью, влетая в его кабинет.
— Очень хорошо, что мы не перестаем запрашивать новые сведения из Интерпола. — Катлер вынул из принтера два листа и протянул их Донахью. — Женщина, встречавшаяся с испанским священником вечером накануне его смерти, оказалась очень деятельной дамой. И это еще не все! Донахью быстро пробежал глазами сводку:
— Она отсюда, с Манхэттена. Интересно знать, где она обреталась вчера вечером.
Катлер подал ему еще одну копию:
— Зато мы уверены на все сто, куда ее занесло сегодня утром.
Донахью взглянул на распечатку, потом на Катлера:
— Но это же полицейский рапорт о происшествии в метро.
— Да ты взгляни на имя пострадавшей!
Донахью, округлив глаза, взглядывал то на одну, то на другую сводку.
— Что за чертовщина! Женщина, которая ездила к испанскому священнику, сегодня утром была ранена на Гранд-Централ?
— Вот именно. — У Катлера был наготове очередной листок: — А теперь держи список свидетелей происшествия.
Донахью просмотрел и его и, не говоря ни слова, поднял на напарника изумленный взгляд.
— То-то и оно, — ухмыльнулся Катлер. — Отец Джозеф Романо. Священник, которого мы сегодня повстречали в Пенсильвании. А теперь попробуй докажи, что это совпадение.
Бриттани Хэймар переступила больничный порог и вдохнула полной грудью. На верхние этажи зданий уже легли первые солнечные блики. Она не хотела задерживаться в Бэльвю ни минуты: больницы Бритт недолюбливала — тем более в качестве пациентки. Поправив повязку, она подвигала рукой — боль вполне терпимая. Доктор сказал, что можно уже сейчас вернуться к привычной деятельности, но следует избегать чрезмерных нагрузок на раненое плечо. Он порекомендовал на несколько недель воздержаться от силовых упражнений на тренажере, а повязку можно будет снять уже вечером.
Бритт отправилась на Первую авеню, чтобы поймать такси, но потом все же решила прогуляться до дома пешком. Немного размяться не помешает — ей почти сутки пришлось лежать без движения. Не спеша шагая по улице, она вбирала в себя звуки утреннего города: урчание моторов, визг тормозов, автомобильные гудки, перекличку орущих в мобильники людей. На Манхэттене не бывает скучно. Шум помог Бритт на время избавиться от мыслей, раздиравших ее мозг, пока она была прикована к больничной койке. Более всего ее изводил страх, что неизвестный злоумышленник захочет довершить начатое.
