При слове муж у Санды возникал только один образ – крепкое, красивое, желанное тело Неда, у которого она знала каждый уголок, и которое умело сделать так, что девушка взлетала в небеса от наслаждения и теряла сознание от счастья. А этот, седеющий мужчина, отяжелевший и грузноватый, никак не мог быть её мужем, ну никак! Но он был. И сейчас он должен войти, обнажиться перед ней, вжать её в постель и... При этой картинке Санду начинало колотить. Умом она понимала, что Хеверад, в общем-то, красивый мужчина, пусть и гораздо старше неё и годится ей в отцы, что на самом деле это завидная партия, что любая девушка в провинции и в столице с радостью запрыгнула бы к нему в постель, считая это за честь, но... она ничего не могла с собой поделать. Видимо все-таки любила Неда.
А может это бунтовала её свободолюбивая натура – Неда выбрала она сама, а Хеверада ей навязали, да ещё такими жестокими методами, что отбили охоту смотреть на него на долгое, долгое время, если не навечно. Тихо, почти неслышно скрипнула дверь, паркет зашуршал под чьими-то ногами. Санда зажмурила глаза и сделала вид, что спит. Мужчина тяжело присел рядом с ней, посидел с минуту, будто решаясь, затем тонкое шелковое одеяло поползло в сторону. Ещё посидел, и подол кружевной рубахи стал подниматься, обнажив Санду до пояса. Она застыла, сжав кулачки и вытянувшись так, будто её разбило столбняком. Рука мужчины прокралась к бедру девушки и нежно коснулась гладкой кожи, тут же покрывшейся мурашками как от ночного сквозняка. Из глаза Санды потекли слезы, она застонала и задрожав, задыхаясь, выдавила:
- Не надо! Я не хочу! Нет!
- Я тебе так противен? – грустно сказал Хеверад, проводя тыльной стороной пальцев по бедру напрягшейся девушки – ведь не урод, как мне кажется. Меня женщины вообще-то любят...
- Вы не урод... но я не люблю вас И не хочу... пожалуйста, оставьте меня в покое! Если вы сейчас меня... я умру! Я что-нибудь с собой сделаю! Не прикасайтесь ко мне!
- Как скажешь - хрипло сказал генерал, рука которого блуждала по телу девушки – я могу подождать, когда ты успокоишься. Я не насилую женщин. Дождусь, когда ты сама попросишь меня.
- Договорились! – Санда отдернулась в сторону, а Хеверад вытер со лба пот, рукой, от которой пахло благовониями и чистым девичьим телом.
Кто бы знал – сколько труда ему стоило не наброситься на эту нежную недотрогу и не вжаться в нее, раздвигая, расплющивая нежную прекрасную плоть! Когда-то, двадцать лет назад он так бы и сделал, не взирая на последствия, влекомый животным желанием. Теперь, став седым, умудренным опытом, он знал, что недоступный плод слаще всего. И ещё он знал, что никакие крепости не устоят, если правильно вести осаду. А Хеверад умел брать крепости. Везде. На войне, в политике, в торговле и... в постели. Генерал встал с постели, посмотрел на сжавшуюся в углу кровати девушку и улыбнувшись, погрозил ей пальцем:
- Все равно ты будешь моей! Ты полюбишь меня! Я лучше твоего Неда! И я это докажу. Тебе придется меня полюбить – другого выхода у тебя нет. Впрочем – у меня тоже. Я готов ждать долго, сколько понадобится. Ты умная девочка, и должна понять, должна смириться. Мы с тобой сделаем великие дела! Воля судьбы свела нас вместе, и грех не воспользоваться этим обстоятельством. Считай это за некую сделку – ты предоставляешь свое тело, и взамен получаешь власть, почтение подданных, огромное богатство, мою любовь и преданность. А любовь придет, когда ты поймешь, что я лучшее, что ты могла получить.
Генерал резко повернулся и пошел из комнаты, решив вызвать двух рабынь-массажисток – напряжение требовало выхода. Девушка возбуждала его так, как не возбуждала ни одна женщина. Он пытался анализировать этот факт, и пришел к странному выводу – дело было даже не в том, что она прекрасна, обладает великолепным молодым телом, которому позавидует любая женщина, нет! Главное – она была символом – символом власти, которую он хотел иметь. В лице Санды Хеверад овладевал всем государством, всем миром - ведь его амбициозные планы простирались дальше на Юг! На Север! На Запад и на Восток! Империя – вот что было его целью. Восстановление огромной континентальной империи, а затем... затем весь мир! Молодых красоток много, а королева Замара – одна. И он будет обладать ей. Прикрыв дверь в спальню, Хеверад досадливо покачал головой – не получится уговорить, обаять – есть маги, которые могут навести морок, напоить любовным зельем, от которого Санда будет кидаться на любого мужчину, упрашивая, чтобы он ей овладел. Хеверад знал, что существуют такие средства, даже сталкивался с таким возбудителем – у него была любовница, молодая жена одного высокопоставленного вельможи, которая обожала пользоваться такими препаратами.
