— Заткнись. Молчишь? Хорошо. Этот конверт — от опьянения Майкла не осталось и следа, а может оно было для вида — слушай меня. Этот конверт ты распаковываешь, когда берега уже не видно, на своё усмотрение. Потом передашь его одному человеку.
— Какому?
— Заткни чем-нибудь свой рот и слушай меня очень внимательно — Майкл отвесил Джастину пощечину — про конверт ты понял. Большой пакет вообще не вскрывай, пока не приедешь в Европу. Там паспорта, бумаг
и, деньги на крайний случай. Всё, у меня ещё дела, пакуйся.
Джастин подровнял сложенную на столе кипу бумаг, пока Майкл шёл к двери.
— Спасибо.
Тот обернулся.
— Я не освоился в вашем деле и плохо понимаю, что происходит — он виновато смотрел в стол — но я вижу, что ты пытаешься мне помочь. Спасибо.
Майкл медленно кивнул.
— Ты понял, что должен сделать?
Джастин похлопал рукой по куче бумаг на столе.
— Хорошо. Ты устал за последние дни?
— Есть такое — он кисло улыбнулся.
— Ты многому научился. Не в плане бизнеса, а вообще — Майкл вздохнул — у вас есть деньги. Разберись с бумагами, организуй траты. Ты знаешь, что делать.
Джастин кивнул.
На крыльце о чём-то шептались влюблённые. Выходя, Майкл хлопнул дверью сильнее нужного. Те вздрогнули.
— Я присоединюсь?
Лейн, откашлявшись, направилась к дверям, напоследок осуждающе глянув на Майкла. Тот пожал плечами.
— Я тоже, наверное, пойду.
— Нет, ты останешься. Смотри, какой вечер, какие звёзды, а? Небось нет такого в Ирландии.
— Разумеется. У нас небо чище, а звёзды ярче.
Лейн, нарочно шумно вздохнув, ушла в дом. Из зала послышался тихий разговор. Майкл, выбросив окурок в кусты, снял пиджак и растянулся на дощатом полу. Звезды всё же были красивые. Несмотря на грязное небо. Он тихо засмеялся.
— Кажется, собственная сестра меня недолюбливает. Вот незадача.
Ирландец покачал головой.
— Она старается тебе не мешать, только и всего. Я вижу всё со стороны, поверь, она хорошая сестра.
— Да, я знаю — он согласно кивнул и прикрыл глаза — А вот я почему-то никогда не умел быть хорошим братом, в плане, дело не в деньгах. Я имею ввиду, что из меня вышла так себе эмоциональная опора. Понимаешь, о чем я?
— Да — ирландец, охая, тоже лёг — скорее да, чем нет.
— Может быть, ты станешь для неё этой опорой. Сделаешь то, чего не смог единственный родственник.
— Не единственный.
Где-то вдали гудел железнодорожный путь.
— Вот оно что — Майкл подложил руки под голову — какой месяц?
— Второй. Мы договорились сыграть свадьбу через пару недель. Ты будешь?
— Да, конечно. У кого вы ещё алкоголя купите.
— Нет, я серьёзно. Ты мог бы и отдохнуть. Сходить на праздник, развеяться. Мы с Лейн только что об этом говорили.
— Это здорово. Правда, здорово. Я буду.
Майкл тяжело поднялся. Йохансон младший положения не изменил.
— Бывай, ирландец. Мне надо провернуть ещё несколько дел этой ночью. Позаботься о Лейн.
Юноша спокойно кивнул, и Майк довольно спустился на садовую дорожку и направился к выходу, думая о том, что следующий день будет очень коротким и очень важным, а весь этот фарс наконец закончится.
Суббота, 17 сентября.
Порт. Холодная ветреная ночь. Сентябрь, похоже, наконец понял, что он осенний месяц. Я сижу, заведя руки назад, на каком-то ящике, и наблюдаю за разгоняемыми порывами ветра волнами. Справа от меня стоит человек. В его руке пистолет. Куда он целится? Неужели в меня? Черт, да, кажется, в меня. Я надеялся, что он захочет просто поговорить, но ничего страшного. Если детектив Эдвард Уилсон решил, что он с оружием может мне угрожать, это его право и его выбор. У нас демократия. Пусть делает, что хочет.
Пистолет предостерегающе щелкнул.
— Слезай оттуда, Майк. Надо поговорить.
Я не шевельнулся.
— Повторяю второй раз, третьего не будет. Слезай — он очень угрожающе взялся за пистолет и второй рукой.
— Ладно, ладно, успокойся. Я слезаю. Видишь? Слез. Давай поговорим, раз ты настаиваешь.
Он, кажется, успокоился, что не придется меня убивать.
— Ты вооружён?
— Да.
— Бросай пистолет.
— Куда?
Он нервно пожал плечами. Я достал из внутреннего кармана пистолет и кинул к его ногам.
— Доволен? Черт, ты хотел поговорить, а в итоге заставил слезть с удобного места, да ещё и пистолет выбросить.
Мои слова он проигнорировал.
— Я буду задавать вопросы. На некоторые я знаю ответ, на некоторые не знаю. Отвечай честно, в ином случае застрелю. Начинаем. Ты руководил организацией из-за спины Фрэнка?
— Да — я пожал плечами.
— Ты убил его? Если не лично, то ты отдал приказ?
— Да.
У него напряжённо дернулось веко — а может мне это показалось из-за темноты.
— Ты рассказал об этом кому-нибудь?
— Нет.
— Ты спонсировал праздник охотничьего клуба. Что получил взамен?
— Они защитили мои бары от тех ирландцев, которых не взяли копы, и которые не присоединились ко мне.
— Хорошо. В среду на коронации ты отправил сестру сторожить кабинет, хотя там не было никаких бумаг. Я бы и сам нашёл тебя потом. Зачем ты посадил её туда?
— Сам ты бы провозился слишком долго. А мне нужно было, чтобы ты услышал, как принц отчитывает меня и ставит на счётчик.
— То есть чтобы меня одурачить.
— Да.
