Оплачивают труд дриджей невысоко, поэтому живут они все бедно. В квартирах у них почти нет мебели, да и ту, что есть, они сколачивают своими руками. Питаются всякой дрянью, что отчасти зависит от их вкуса: им нравится то, что не каждый человек рискнёт просто понюхать…
У Груйфа темно. Так живут все дриджи, потому что не жалуют свет. Их глаза позволяют видеть почти в кромешной тьме.
Груйф смачно сморкнулся и махнул рукой, зовя меня за собой. Я двинулся вглубь полутёмной квартиры. Запахи, конечно, очень неприятные, но, если посетить обитель дриджей не в первый раз, то вполне можно вытерпеть.
Обоев нет: дриджи просто не видят в них смысла, порой сдирая уже имёющиеся.
Мы прошли в просторную комнату. Я сразу обратил внимание на нахохлившегося дриджа, ждущего хозяина дома за бутылкой. Неподалёку сидит жена Груйфа Бморга, копошащаяся в куче тряпок…
– Это мой друг Шнихт, – представил гостя наркоторговец, – А это Эрне.
– Рад встрече, – безразлично пробубнил Шнихт, отведя взгляд.
Кто бы говорил, мелкое серое недоразумение! Всякая мелочь норовит надменно обращаться с теми, кто представляет из себя что-то гораздо большее!
– Я скоро, – бросил Груйф, вразвалочку направившийся в неприметную дверь в углу.
Глянув на гостя торгаша, я обнаружил принципиально не смотрящего в мою сторону подвыпившего дриджа. Да и к чёрту тебя! Переместил взгляд на Бморгу – та неосторожно дёрнула рукой и разворошила кучу тряпок… и я увидел бледно-зелёные овалы.
Кладка.
Как это не странно, но дриджи – создания яйцекладущие. Дети вылупляются спустя шесть месяцев после того, как самки откладывают яйца. Некоторые кретины охотно покупают и продают их на чёрном рынке. Также яйца любят воровать для своих ритуалов Безликие.
Неприятное зрелище, если честно. Оно шокирует ещё сильнее, чем запахи в домах дриджей.
Ладно, надо отвлечься от этой ерунды. Сосредоточусь на деле.
– Груйф, – крикнул я спрятавшемуся в своей комнатке дриджу, – Клиенты давно были?
– Вчера, – серый лилипут выполз из-за двери, – А что?
В его руках, похожих на варежки, я заметил два пузырька с зелёной гадостью, лениво перекатывающей в стекле. Похожа на вязкий кисель…
Наркоторговец протянул мне товар.
– Восемь тысяч, – лениво произнёс цену Груйф.
Однако я не собираюсь платить. Выхватив оружие, я нацелил его в горло дриджу. Выражение его лица моментально изменилось: брови сошлись на переносице, рот скривился.
– Ты чего это взду…
– Заткнись! – рявкнул я, заставив тем самым Груйфа ошарашено вздрогнуть, – Я не шучу! Ствол настоящий!
– Я не сомневаюсь, Эрне, – в успокаивающем жесте поднял руку хозяин дома, – Хочешь бесплатный вакомин? Ты его получишь…
В стороне закопошилась жена Груйфа. Бморга испуганно забрасывает кладку тряпками и укрывает своим телом. Её охватила паника – это хорошо видно но шальным дрожащим глазам. Плохой знак: перепуганные дриджи совершенно непредсказуемы.
– Вот, – тихо сказал Груйф, – Я кладу наркоту на стол и отхожу в сторону…
– Не только наркотик! Мне нужны деньги! Давай всё, что есть!
Неожиданно начал действовать Шнихт – в самый последний момент я заметил летящий в меня пустой стакан! Пригнувшись, я выстрелил в сторону противника, практически не целясь. Пуля угодила в стену. Маленький поганец успел нырнуть под стол.
– А ну не двигайся, не то головы всем прострелю! – взревел я не своим голосом.
– Шнихт! Ты что творишь? – завопил на своего товарища наркоторговец, – Не суйся! Это моё дело! И моя семья! Сейчас ты получишь свои деньги, Эрне…
Груйф попятился в комнату. Я начал переводить дуло пистолета поочерёдно то на Шнихта, то на Бморгу. От каждого стоит ожидать… Жёлтые глаза прожигают меня насквозь.
Расстрелять всех трёх карликов было бы самым простым решением, однако тогда я останусь всего с тремя патронам. Уже и так впустую потратил один на собутыльника хозяина дома.
Он, кстати, продолжает сидеть под столом, словно тот является надёжным укрытием. Злобная маленькая мордочка теряется в полутьме – только две бляхи жёлтых глаз видно.
Вернулся Груйф и спешным шагом просеменил к столу. Положив рядом с вакомином купюры, он поспешил отойти к стене и дать мне забрать всё необходимое. Нацелившись точно между глаз Шнихту, я громко произнёс:
– Выбирайся из-под стола!
Послушавшись, дридж медленно распрямился…
– Два шага назад!
Злобно раздувая ноздри, серый алкоголик отступил к товарищу. Теперь можно не беспокоиться, что он бросится.
Вакомин с деньгами я быстро рассовал по карманам и бросился из дома. Постоянно оборачиваясь, я раз за разом убеждался, что дриджи не приступили к погоне. Просто перепуганные коротышки, мелюзга! Я их вовсе не боюсь!
Выбежав на улицу, я двинулся торопливым шагом, желая поскорее отсюда убраться.
Всего лишь двадцать тысяч… Я ожидал, что у продавца дорогой наркоты будет гораздо больше. Скорее всего, гад меня просто обманул, отдав от силы около трети своих денег. Обманул…
Ну да чёрт с ним, с этим гладкоголовым ничтожеством! Мне плевать! На то, чтобы убраться из Данкелбурга, должно хватить с излишком.
