Недобрый молодец: Витязь на перепутье полностью

Вадим не шутил, он разозлился, и был в ярости от собственной глупости и неудачливости. Так глупо попасться, и бежать теперь некуда. Нужно прорываться, но вдали он заметил приближающихся новых воинов, и даже двух скачущих всадников, хрен убежишь! Но он всё равно принялся угрожающе размахивать саблей, весь собрался и напружинился, словно волк, готовый к схватке. Это почувствовали окружившие его люди и невольно отодвинулись, выставив перед собой оружие.

— А как ты засеки обошёл?

— А что, это трудно разве?

— Трудно, мы отслеживаем всё.

Вадим только ухмыльнулся. Дети, ей богу, что там обходить, он видел пару раз спрятавшихся наблюдателей, но обогнул их издалека. Он уже чувствовал приближение не только нелюдей, но и обычных людей. Да и сам прятаться умел, всё, что видел и слышал в прошлой жизни по телевизору, старался здесь применить на практике. Постепенно приходил опыт, и навыки становились всё лучше и грамотнее. Но не учёл того, что соваться одному в село небезопасно.

Успокаивало одно: все деньги лежали в тайнике, хорошо спрятанные. Даже если сейчас его обыщут, то найдут лишь копейки, вот саблю жалко, вдруг отнимут, а у него на неё есть глобальные планы.

Воины, прижавшие Вадима к стене дома, медлили и явно ожидали кого-то повесомее рядовых стражников, и пока заговаривали пленнику зубы, не решаясь напасть. Не то, чтобы они боялись Вадима, просто не хотели терять в бесплодном бою своих товарищей, людей им явно не хватало, о чём и говорил Призрак старого колдуна.

Прискакавшие всадники остановились перед Вадимом. Один из них, что по обличью и повадкам сильно походил на боярина или, как минимум, поместного дворянина, двинул коня в сторону Вадима.

Белозёрцев оскалился и напрягся. Конь, было подавшейся к нему, нервно переступил с ноги на ногу и сделал шаг назад, не желая напирать на человека.

— Смотри, и конь его боится, не лезет даже! — проговорил кто-то из толпы.

— Тихо вам! — зычным голосом проорал всадник. — Ты кто такой? — обратился он к Вадиму.

— Поместный дворянин из Литвы. Литвин я.

— Ага, а сюда зачем пришёл?

— Продукты купить. Оголодал я совсем, только грибами, рыбой да ягодами питался, — Вадим сунул руку за пазуху и показал горсть монет.

— А пошто дичь не бил?

— Нечем. А силки я не приучен ставить.

— Ага, а это не ты, случайно, через засеку шёл?

— Я, и што?

— Так мы бы тебя проверили и накормили. Тебе же предлагали купить еду?

— Мне предлагали деньги отдать, а если нет, то хотели поймать и отобрать.

— Опять самоуправничает Битый. Ух, уж он не может без своих прибауток. То шутковал он, согласен, неуместно. Да и о тебе ничего не ясно. Но мы тебя всё равно поймали и окружили, как он и говорил.

— И что? А ты кто такой и пошто людей ловишь?

— Я боярин из старинного рода, под Хрипуном хожу, зовут меня Семён Лыков. Это моя вотчина и мои люди вокруг. Сдавайся, и мы посмотрим, что с тобою сделать, и даже накормим.

Вадим внимательно посмотрел на боярина и прочёл в его глазах двусмысленность.

— Ну, хорошо, я согласен.

Опустив саблю, Вадим сделал шаг в сторону и вдруг резко бросился прямо под брюхо лошади. Не успели все опомниться, как он вынырнул с другой стороны и кинулся бежать в сторону леса. Все закричали, поднялась суматоха. Вадим бежал быстро, но преследователи вскочили на лошадей и поскакали за ним.

Вот только там, где сможет пробежать человек, лошадь не проберётся. Вадим бежал и лихорадочно соображал, что делать дальше. Раз уж так получилось, то нужно как-то нивелировать собственную глупость. Село хоть и оказалось большим, но было практически не перегорожено заборами, так, кое-где стояли изгороди, защищающие от мелкого рогатого скота.

Вадим перемахнул через одну, обежал колодец и тут же перепрыгнул уже следующую. Всадники старались не отставать, но в селе быстро догнать беглеца не смогли. Остальная толпа, улюлюкая, устремилась за ними вслед.

Вадим хорошо бегал ещё в своём мире, а сейчас научился это делать ещё лучше, да и выносливости изрядно прибавилось. Раны, полученные в Чортовом лесу, мешали ему бежать, но он не обращал на них внимания. Всадники почти догнали его, когда он завернул за сарай и, упав в густую траву, быстро пополз сквозь её заросли, пытаясь скрыться. Воины проскакали дальше по инерции, не заметив Вадима, что полз, пока трава не закончилась, а потом, поднявшись, вновь побежал.

Его заметили преследователи и бросились за ним, но лес уже был совсем недалеко, и не успели два всадника догнать Вадима, как он нырнул под сень могучих крон и запетлял между деревьями, заметая следы и скрываясь за стволами.

Толпа преследователей резко увеличилась, но они были ему не ровня. Довольно быстро оторвавшись, Вадим забежал туда, где всаднику хода нет. Охотники за ним ещё бежали, но уже без особого желания, поняв, что в лесу преследовать труднее, чем в селе или на лугу. Да и вообще, странный литвин, мало ли. А умирать просто так никому не хотелось.