- Послушай, я не знаю, как должна вести себя правильная жертва похищения, со мной подобное происходит впервые, но даже у меня должно быть право узнать, за что именно меня и похитили.
- Щас, я тебе расскажу о твоих правах, тварь! - закричала "крыса" и подбежала ко мне, замахнулась, получила удар в солнечное сплетение и загнулась. Добить с размаху по спине мне его не дал насильник, схвативший мою руку и отдернув, словно ребенка от полки с игрушками. Хотя крысе и этого хватило, чтоб заползти в угол и оттуда кидать на меня гневные взгляды.
Знаю я это тип жуликов - они трусливы и могут разве что огрызаться. И я уверена, подошел он ко мне с мыслью: я буду притворяться "невинной овечкой", или насильник в случае чего его защитит. А теперь, убедившись в том, что я отнюдь не овечка и что подельник зад ему прикрывать не будет, он ко мне не сунется. Огрызаться будет, а вот ближе подойти ни-ни.
- Мне нужно с тобой поговорить Кринна, - произнес насильник спокойным голосом.
- Где украденные деньги, шлюха? - "запищала крыса"
- Во-первых: отпусти мою руку, - руку мою он тут же отпустил, - во-вторых: мое имя не Кринна, из этого делаем вывод, что вы обознались, и я не та кто вам нужен.
- Да-да у шлюх всегда много имен, - запищала крыса из угла, - но мы-то знаем, как твое настоящее имя и сколько ты украла у нашего общего друга.
- Знаете мое настоящее имя? - усмехнулась я, удивленно приподняв правую бровь. - Мне кажется, информация у вас все же непроверенная, так мое настоящее имя - Исса Ильц. И на счет рода моей деятельности вы тоже заблуждаетесь, так как я не шлюха, а младший дознаватель южного округа.
- Если ты дознаватель, то я - король Фредерик, - мерзко захохотала крыса.
- Уж поверь мне, крыса, будь ты хоть королем, за похищение стражника тебя ждет срок, а уж с моей подачи - немаленький. - Я посмотрела на насильника и добавила с призрением: - Как и тебя.
Насильник посмотрел на крысу и спросил:
- Глен, ты уверен, что это она?
- Для меня все темнорылые на одно лицо, - выплюнула "крыса".
У меня невольно скривились от досады губы, что не ускользнуло от взгляда насильника.
Мой отец был ренгаром и я пошла в него: темнокожая, кареглазая, с круглым лицом, пухлыми губами, большеватым носом и темными, цвета смолы волосами. Будучи непохожей на местных, я раньше часто получала тычки из-за внешности. И уже забыла, когда меня в последний раз называли "темнорылой".
- И ты ей что веришь? - возмущенно посмотрела "крыса" на насильника.
- Она держится слишком спокойно для той, кто украл у Варсского такую приличную сумму, - пояснил свои "думы" насильник.
- Варсского? - спросила я со смешком. - Милтона Варсского, то есть? Хозяина квартала красных фонарей?
- Ты его знаешь! - почему-то обвинительно воскликнула "крыса", да еще пальцем в мою сторону ткнул.
- Еще бы мне его не знать, - со смешком ответила я, покачав головой. - Я его давно знаю, и вот общалась буквально месяц назад, когда показания брала в деле трех зарезанных шлюх.
- Мелеть чушь ты молодец, но вот посмотрим, как ты запоешь, когда Варсский придет сюда, - с мерзкой ухмылкой пропищала "крыса". - И уж потом мы с тобой позабавимся.
- Позабавимся, - зловеще пообещала я, поднялась на ноги и пошла к нему, от чего крыса сгорбилась сильнее. - Знаешь, крыса, раньше дознаватели были палачами, и допрашивали они заключенного совсем не словесными и психологическими атаками, а раскаленными щипцами и дыбами. Но после того, как смертные казни и пытки упразднили, дознаватели лишись многих своих привилегий. - Я дошла до "конца цепи", подалась еще немного вперед и медленно, растягивая слова, зловеще проговорила: - Но мне всегда хотелось кому-нибудь повыдергивать ногти, выбить зубы, вбить ему в ладони и пятки гвозди, отрезать нос, уши, член, язык, а потом мелко это все порезать и прямо в сыром виде скормить тебе…
"Крыса" не выдержала: пискнув что-то испуганное, она кинулась к лестнице, и проворно на нее влез - в "норку".
- М-да уж, слабачек, - резюмировал я, повернулась и увидела, что насильник смотрит на меня со смешком и снисходительной улыбкой.
Вот его подобным не запугаешь. В этом мужчине чувствовалась гордость, уверенность в себе и в своих силах. Уж он явно никогда не пользовался родительскими деньгами и не прогибался перед другими.
- Ты ведь наемник? - вернувшись к кровати, спросила я.
Насильник на секунду замешкался и ответил:
- Можно сказать: охотник за головами.
- Спрошу еще раз: как тебя угораздило заполучить в подельника эту крысу?
- Он лишь шестерка, который нужен был мне, чтоб выйти на Кринну.
Я мысленно отметила, что насильник сказал не "на тебя", а на "Крину" - значит, он все же предполагает, что я могу ей не оказаться. Будущих дознавателей на такие оговорки обучают обращать не в первую очередь, а все два года обучения.
- Не думала, что охотники за головами занимаются ловлей воришек, - словно невзначай произнесла я, стряхивая с матраса вылезшие соломинки.
- Меня нанял Мартас, - ответил похититель и внимательно взглянул на мое лицо.
Присев на матрас, я посмотрела прямо ему в глаза и со смешком произнесла:
