Недосягаемый соблазн полностью

— Не переживайте, наверху отличный ресторан, там выпьем и перекусим что-то легкое перед поездкой, — объявляет Джоли, забирая у Эйдена беспокойного Форда.

— Слышала, что здесь потрясающие виды, — делюсь я.

— Удивлен, что ты хочешь подняться и посмотреть на них. Я думал, ты боишься высоты, — вспоминает Эйден.

— В самом деле? Боишься? — спрашивает Брент.

Я выпячиваю подбородок и качаю головой.

— Нет.

Боюсь. До смерти.

Но я была слишком занята Эйденом, чтобы позволить своему страху разрастись. К сожалению, теперь, стоя в очереди, я вижу закрытые кабинки с людьми, поднимающиеся высоко в гору, и чувствую себя немного не в себе. Между мной и неминуемой кончиной лишь крошечный проводник. И как только это может не нравиться?!

— Очередь двинулась, — кто-то подталкивает меня.

Я не могу оторвать взгляд от гондолы.

— Шевелитесь, леди! — шипит какой-то сопливый мальчишка со сноубордом.

Ой, точно. Я всех задерживаю.

Я двигаюсь вперед — на шаг ближе к смерти — и замечаю, как Эйден спрашивает у Брента, любит ли тот лыжи.

— Нет, я вырос в Техасе, поэтому мне не выпала возможность их полюбить, — смеется Брент. — В Остине не особо много снега.

Я даже не могу сосредоточиться на том факте, что они не должны разговаривать. Они не должны подружиться.

Мои ладошки в перчатках становятся липкими. Очередь движется намного быстрее, чем я думала. Джеймс присоединяется к нам с билетами и протягивает мне один. Я беру его и делаю шаг вперед.

Несколько подростков передо мной над чем-то смеются.

Я наклоняюсь к ним.

— Привет, вы делали это раньше?

Они хмурятся, не понимая, о чем я говорю.

— Катались на сноуборде? Ну да.

— Нет. На подъемнике, — уточняю я, указывая на гондольную канатную дорогу.

— А-а, раз сто, — отвечает один из парней со смехом.

— Там же не так высоко, как кажется? — допытываюсь я, молясь, чтобы им удалось развеять мой страх.

— Нет, высоковато. А когда кабина раскачивается в ветреные дни, как этот, такое чувство, что в любую минуту упадешь.

Я сглатываю комок, пытающийся подняться к горлу.

— Супер, круто, — бормочу я, кивая, когда очередь снова движется вперед.

Кабины довольно большие, так что мы все усядемся вместе. Спасибо, Господи.

Скоро наша очередь. Не желая уведомлять остальных насчет своей паники, я уверенно подхожу и сажусь в ожидающую гондолу, прежде чем осознаю, что ряд сидений напротив меня перегорожен желтой лентой.

— Тут могут сесть только трое, — объявляет работник.

Нет времени разделиться по группам, потому что гондольная дорога никогда не останавливается. Как эскалатор, постоянно находящийся в движении. Поэтому Эйден и Брент запрыгивают вместе со мной, а Джеймс, Джоли и Форд остаются ждать кабину.

Эйден усаживается рядом, а Брент — рядом с ним.

Я не успеваю задуматься о такой рассадке, потому что земля уже уходит у меня из-под ног.

О-боже-мой.

Тут кругом стекло! А скрепляют его стальные зубочистки… Теперь я понимаю, что подразумевалось в «Телеведущий: Легенда о Роне Бургунди», когда тот кричал: «Я в стеклянной коробке эмоций!».

Я смотрю вниз, и земля становится все дальше и дальше. Мы проносимся над белым снегом и верхушками деревьев. Десять футов. Двадцать. Еще выше. Я зажмуриваю глаза — но от этого становится хуже, потому что без этого органа чувств я слишком хорошо чувствую, как мы раскачиваемся. Взад и вперед, взад и вперед.

— Мэдди, посмотри на меня, — просит Эйден.

— Я не могу.

— Нет, ты можешь. Мы проехали половину. Посмотри на меня.

Я поднимаю веки и вижу Эйдена, который присел передо мной на корточки. Наши глаза на одном уровне, его руки сжимают мои бедра через джинсы.

Его зеленые глаза — это все, что я вижу.

— Ты в порядке, — уверяет он меня.

— Я хочу выйти, — умоляю я, бросая быстрый взгляд налево. Мой желудок сжимается, когда я понимаю, насколько высоко мы сейчас находимся. — Не понимаю, почему я решила, что смогу это сделать. Я не могу. Это была ужасная идея, и мне бы хотелось, чтобы эта пытка закончилась прямо сейчас.

— Это всего лишь гондола, — бросает Брент, и я пронзаю его взглядом.

О, СПАСИБО, БРЕНТ, Я И НЕ ПОДОЗРЕВАЛА, ЧТО ЭТО ВСЕГО ЛИШЬ ГОНДОЛА. ВСЕ МОИ СТРАХИ РАССЕЯЛИСЬ.

— Эй, — шепчет Эйден, возвращая мое внимание к нему. — Помнишь, когда мы поехали в тот ресторан мексиканской кухни в Остине, я предложил тебе съесть перец серрано, который они подают с фахитасом?

Воспоминание мгновенно заставляет меня улыбнуться.

— Я съела.

— Ага, хотя это супер-остро. Ты постоянно говорила, что у тебя горит рот, поэтому официанту пришлось принести тебе стакан молока. И я тебя рассмешил так, что оно потекло у тебя из носа.

Сейчас я смеюсь, вспоминая этот момент. Мне было настолько неловко, что я не дала персоналу убрать созданный беспорядок; я сделала это сама.

Сверху раздается тяжелый металлический скрежет – мы добрались до конца. Эйден крепко берет мою руку в перчатке и вытаскивает из кабины вслед за ним.