Несмотря на то, что денег с Костроминых в этом заведении еще никто не взял, талоны на обед им все-таки выдали, наверное, все же сыграли свою роль их скромные дары. Так что добытой информацией члены дружной семьи отпускников делились за столом без скатерти, держа в руках алюминиевые вилки и пытаясь разжевать кусочки жилистого мяса, проходившие в меню «столовой заводской» под названием «поджарка с гречневой кашей». И глядя на то, как дочь тоскливо ковыряет скользкой вилкой сомнительную еду, на порядком растрепанную белобрысую Аленину косу, которую придется мыть в холодной воде, если, конечно, повезет, Нина поняла, что не вынесет предстоящего отдыха. Она решительно встала из-за стола, и, бросив на ходу: «Ждите меня у камеры хранения!», быстрыми шагами направилась к выходу.
Еще когда Костромины только спускались с троллейбусной трассы к базе отдыха, Нина обратила внимание на пятиэтажное здание с явно просматривавшейся в торце шахтой лифта и просторными лоджиями, расположенное чуть выше по склону, чем их предполагаемое пристанище. И хотя вход на территорию этого пансионата был свободным, огромные окна просторного холла были закрыты занавесками то ли от южного зноя, то ли от нескромных взглядов редких прохожих. Одним словом, чувствовалось что-то неуловимо-номенклатурное во всей окружающей обстановке, но Нине уже было все равно, она толкнула тяжелую дверь и вошла. И сразу поняла – это именно то, что им было надо.
В холле с мраморным полом стоял внушительных размеров стол, вокруг которого были аккуратно расставлены солидные стулья – вполне можно было провести небольшую конференцию. Вдоль стен располагались довольно громоздкие кресла, чередуясь с какими-то тропическими растениями, которые выглядели заботливо ухоженными в своих объемных деревянных кадках. В общем, царила атмосфера солидного партийно-хозяйственного санатория эпохи развитого социализма, которой не так давно пришел конец, по крайней мере, на территории Российской Федерации. А в застекленном «аквариуме» восседала на месте дежурного администратора пышнотелая блондинка с ярко накрашенными губами и неожиданно чеканным греческим профилем, приветливо улыбнувшаяся вошедшей Нине, слегка оробевшей от такого великолепия.
«Здравствуйте! Могу я вам чем-нибудь помочь?» – в тишине безлюдного в тихий час холла раздался хорошо поставленный голос профессионального административного работника. Нина собралась с духом и твердо заявила, что ей нужен трехместный номер со всеми удобствами. При этом взгляд ее был прикован к объявлению с графиком подачи горячей воды: час перед завтраком, час перед обедом и два перед отбоем – в Крыму с водой всегда были проблемы, но здесь, похоже, нашли решение. Блондинка снисходительно проследила за направлением взгляда Нины и с достоинством произнесла: «У нас есть свободный трехместный номер со всеми удобствами. Мебель красного дерева, холодильник, телевизор, лоджия с видом на горы. Вас устроит?»
После только что увиденного на соседней базе отдыха более чем скромного уклада быта «граждан отдыхающих» Нине на какой-то момент показалось, что администратор издевается над ее чрезмерными запросами, но блондинка продолжала благожелательно улыбаться в ожидании Нининого согласия – от такого предложения невозможно было отказаться! В этот момент к стойке дежурного подошла пара отдыхающих в этом пансионате – одного взгляда на свежевымытые волосы сдававшей ключ женщины оказалось достаточно, чтобы Нина быстро сказала: «Да, вполне. Можно расплатиться рублями?» Но тут выяснилась, что в теперь совсем уже заграничном Крыму родная российская валюта не в почете, и ее надо обменять на местные деньги.
Заручившись согласием администратора оставить номер за ней, Нина бросилась на поиски Ивана и Алены. Муж терпеливо сидел на скамейке неподалеку от камеры хранения, дочь спала, пристроив голову на отцовские колени. Окончательно растрепавшаяся Аленина коса свисала почти до самой земли, но это уже не особенно заботило Нину – блага цивилизации были рядом! Осталось сделать одно небольшое усилие, чтобы обменять казавшиеся такими настоящими рубли на сомнительные картонки под названием «карбованцы». Но тут неожиданно проявил осторожность обычно довольно безалаберный Иван: «Нина, ты с ума сошла! Ты хочешь обменять почти все наши деньги неизвестно на что! А вдруг тебя обманут? Ты ведь не сможешь отличить подделку от настоящих денег! Впрочем, это даже не деньги, а талоны какие-то!» Все решило вмешательство разбуженной родительской перепалкой дочери: «Папа, зато тебе не придется вставать ночью, чтобы провожать меня в туалет в конце коридора!»
