— Кажется, мы тут лишние, — шепнула я на ухо мужчине, после чего мы также неслышно удалились.
Еще немного поплутав по дорожкам, вернулись в залы. Большинство гостей перешло к игрокам в карты, и теперь оценивали успехи и неудачи любителей расписать пульку-другую, благо играли больше на интерес. Ставки выше одного золотого были запрещены указом еще деда нынешнего короля, чтобы аристократия не проигрывала свои имения. Наказание было различным — от десятикратного штрафа относительно суммы ставок до заключения в королевскую тюрьму, причем с узниками там особо не церемонились. И через месяц игрок начисто излечивался от болезни.
Мне карточные премудрости были не интересны. Одно дело — играть на щелбаны с родней или друзьями в плохую погоду и совсем другое — ради общения с нужными людьми. Посему я оставила магистра, присевшего за один из столиков, дабы переговорить с нужным человеком, и перешла в соседнюю залу, где на столах были расставлены закуски. Только тогда поняла, что проголодалась. Взяв небольшую тарелочку, я положила туда несколько крошечных тарталеток с салатами, пару рулетиков с начинкой и несколько кусочков овощей.
Несколько женщин, явно аристократок, посмотрели на меня, но ограничились только улыбкой. Для девушек, не пропустивших ни одного танца, делалось исключение. Тем более, не я одна спешила основательно подкрепить силы для второй половины вечера. Еще пара милейших созданий о чем-то тихо щебетала у дальнего столика, не забывая отправлять в ротики кусочки посытнее. Присмотревшись, я опознала в одной из них адептку нашей академии. Надо будет потом как-нибудь пройти рядом, чтобы не строила из себя невесть что. Мы тоже в дома вхожи, и не только баронов. Мне и к королю предлагали пойти, но я отказалась — не хотелось сочинять истории, чтобы отпроситься с работы. Мало ли ректора встречу. Вот вам и семейные обстоятельства будут.
Впрочем, меня заметили куда раньше, чем я успела осуществить свои намерения. Ко мне успел присоединиться барон Ларинс, потерявший свою дочь, и мы тихо обсуждали, что может последовать после такого непродуктивного общения с Рикитсом, когда к нам приблизились две юные особы. Девушки изобразили намек на поклон перед хозяином дома, когда студенточка все-таки узнала меня.
— Мисс Харпер, — изумленно пропищала она, — доброго вам вечера.
— Доброго, — я так и не смогла вспомнить имя девушки, тем более что не обязана помнить адептов по именам. Кивнув ей, я продолжила общение с бароном. Впрочем, того вскоре отвлекли по какому-то важному делу, и я осталась одна.
— Ты ее знаешь? — донеслось, едва они только отошли.
— Да, это наша библиотекарша.
— Что? Нет, не может быть, она же Харпер. Ты сама так к ней обратилась.
— И что?
— Так Харпер же. Они же все маги такие, что нашим преподам фору дадут.
— Ну не знаю, может она не из тех.
— Еще как из тех. Я ее уже видела в обществе остальных, а рядом такой мужчина был, высокий, волосы темные. Аристократ. Ой, а вон он, с кем-то в карты играет.
— Это магистр Эвандер.
— Тот самый?
— Ну да. И ты еще будешь говорить, что она не из тех. Да уже в газетах писали, что Кристину Харпер заметили в обществе его светлости.
— О чем это ты?
— А ты не знаешь что ли? Он же последний…
Дальше расслышать не удалось. Девушки покинули гостиную. А я стояла и пыталась уложить в голове услышанное. А еще понимала, что не так уж и обманул меня Рикитс. Есть у моего жениха тайны. Благо, не опасные для меня, иначе бабушка быстро прикопала бы Льерта в компостной куче.
Остаток вечера прошел, как я и планировала. Танцы, общение, снова танцы. Стоит ли говорить, что ночевала я в предоставленной мне комнате. Правда, на этот раз не одна. Барон намекнул, что долгое расставание с женихом вредно для обоих. Ариану и Стива также уговорили остаться, братья же вернулись в академию, а Хелени со своим спутником должны были еще закончить с делами в управлении.
— А ты, оказывается, знаментость, среди аристократок, — улыбнулась я, стоя перед зеркалом в халате и распуская прическу. Льерт сидел на краю постели и следил за моими действиями. От моих слов он весь подобрался, сразу став похожим на сжатую пружину. Еще чуть нажми, и неизвестно, что будет.
— И что они такого говорят, — он старался говорить спокойно, но я чувствовала нервозность.
— Толком ничего. Только охи, ахи, удивление, — спокойно ответила я, выцепляя последнюю шпильку. Освобожденные пряди рассыпались по плечам, и я потянулась за расческой. — А что еще от девушек ждать? Минимум информации, максимум ажиотажа. К тому же я не любительница подслушивать, так что уловила минимум. Одна девушка откуда-то о тебе знает больше, чем наши адепты.
— Ну да, юные аристократки любят сплетни, — неопределенно произнес магистр, в ответ на одну из моих фраз, а то и на все сразу.
— Льерт, — я повернулась и внимательно посмотрела на него, — у всех есть свои скелеты в шкафу. Или со временем появляются. Расскажешь, когда сочтешь нужным.