Я слышала о таинственных жертвоприношениях. Власти так и не смогли найти тех, кто зверски убивал маленьких, пяти — семи лет, детей. И, будь я на месте Анвисы, наверное, в результате поступила бы так же, как она, лишь бы перестали умирать невиновные. Я с трудом подавила в себе желание рассказать девушке, что больше не могу быть сосудом, потому что я маг. Все-таки мы ловим культ на живца, и, чем меньше будут знать, что я обладаю магией и учусь ею пользоваться, тем больше шансов, что у нас все получиться. Поэтому все, что я могла сделать — заверить ее, что все простила и не держу зла. Собственно, так оно и было.
Результаты переговоров удовлетворили всех. Сторонники барона должны были заняться теми представителями культа, что разбрелись по лесам. Тром собирался остаться в столице, чтобы лично поучаствовать в борьбе с теми, кто планировал вторжение в столицу. Наг намекнул, что в этом деле у него есть личный интерес. Уточнять мы не стали. У меня было одно подозрение, но, судя по грустному взгляду баронессы, ошибочное. Впрочем, не мое дело. Я им не сваха, а они уже достаточно взрослые.
В академию мы возвращались поздно вечером через площадь перед главным храмом. Я заметила, что нищих на паперти стало больше. Несколько фигур в темных плащах держались скромно, болячки не выпячивали, прохожих не окликали, стыдливо теснились в углу, завернувшись в потрепанные плащи. У одного был выбит глаз, другой замотал шарфом половину лица, третий периодически принимался надсадно кашлять и прикладываться к фляжке. Остальных я рассмотреть не успела.
— Вот шуты, — фыркнула Хелени. — Хотя, они же не актеры ни разу.
— Ты о чем? — не понял Робин.
— А вон о тех новеньких у храма, — пояснила сестра. — Охрана, замаскированная под нищих. Внутри еще должны быть люди, уже в одеждах служек.
Я присмотрелась, и стало понятно, что меня так привлекло в них — выправка. Они не были похожи на прочих нищих, юлящих, извивающихся, пригибающихся и прогибающихся. Оставалось надеяться, что их просто примут за еще не обтесавшихся в непривычной среде новичков, а не засланных нашими службами агентов. С другой стороны, мало ли кого они там ловят. Помимо культа в королевстве есть дела насущные, повседневные: шпионы, воры, убийцы, мошенники.
— Нужных нам птичек они не спугнут, — словно в ответ на мои мысли заговорил Льерт. — Или ты не слышала, что в городе облава идет. То ли вора какого-то ловят особо опасного, то ли убийцу. В общем, кого-то кто дорогу перешел и гильдиям и страже, — и он подмигнул сестре.
— А, ну раз так, — широко улыбнулась она. — А если ты еще скажешь, что наплели гильдиям…
— Уж что наплели — без понятия, но те явно знают о культе и не в восторге от его идей. Так что они тоже в этом вопросе на нашей стороне.
— Смею надеяться, — буркнула Ариана, подозрительно тихая в последние дни. — Вот уж с кем бы вместе работать не хотелось.
— Не придется, — заверила ее Хелени. — Они пообещали сдавать тех, кого заметят распространяющими идеи культа. За это им пообещали неприкосновенность, когда они явятся в участок, и время, чтобы дать уйти.
— Дожили, — буркнул Маркус. — Правительство сотрудничает с бандитами.
— Если под угрозой само существование королевства, еще не с теми будешь сотрудничать, — Льерт с трудом удержался, чтобы не отвесить ему подзатыльник. — К тому же в гильдиях не только люди состоят. Магических рас много. Сам понимаешь, не у всех магических способностей хватает, чтобы в академиях учиться. Вот и устраиваются, кто куда. А у вернувшегося в отношении всех рас, кроме людей, одно решение — уничтожить.
Остаток пути мы прошли молча. Сначала свернула Хелени — она жила в здании тайной канцелярии. Хотя, я подозреваю, все куда проще — был у нее кто — то, о ком мы пока не в курсе. Не зря же слух о каком-то оборотне ходил еще прошлым летом. Потом и Ариана, прихватив близнеца, направилась в гостиницу. Странно, зачем ей Робин понадобился. Обычно она брата с собой таскала в двух случаях — когда собиралась напиться с горя или когда ей моральная поддержка требовалась. Надо бы прижать сестренку к стенке и расспросить, а то сама на себя на похожа. Даже меня на почве магии не пытает, а раньше бы душу вынула.
До академии мы дошли вчетвером. Братья сразу ушли в предоставленную им комнату, а мы с Льертом завернули в столовую, а потом пошли к себе.
Несколько дней все было спокойно. Я днем привычно хваталась за голову от студенческих запросов и преподавательских заданий, благо больше никто темой спариваний не интересовался, а вечерами изучала магию. Собственно, я уже могла сама создать огонек, ускоренно конденсировать воду из воздуха, лишать части веса тяжелые предметы, а также постепенно осваивала бытовую магию — самую простую и потому не изучавшуюся отдельным курсом. Считалось, что адепты академии магии владеют ею при поступлении, а если не владеют — это их проблема, будут делать уборку своими силами.
