Там, где отсутствует вымысел, где нет художников с фантазией, не обнаружишь и других вещей, привычных людям: искусства одеваться и создавать украшения, понятий о комфорте, о кулинарных изысках и прочих милых излишествах, порою бесцельных, нефункциональных, однако имеющих тайный и чрезвычайно важный смысл: привлечь внимание к своей персоне и насладиться тем, что недоступно кому-то еще, то есть потешить честолюбие. Все эти концепции были неизвестны ругам либо позабыты ими за миллионы лет галактических странствий. Вполне возможно, размышлял Язон, они об этом знали - в глубокой древности, в эпоху обитания на материнской планете и в колонизированных мирах; знали, но потом отринули как старый бесполезный хлам. Но почему? Он был почти уверен, что доискался истины. Когда-то, очень давно, они покинули планеты, переселились в космос, суливший существование стабильное и безопасное, но первый Рой был, очевидно, не столь гигантским сооружением. Мало места, мало ресурсов; отсюда - политика ограничений, запрет на роскошь, спартанская простота в одежде и пище… Пара-другая тысячелетий - и вкус натуральных продуктов забыт, и все облачены в комбинезоны, и даже кресла у всех одинаковы, с желобчатым сиденьем и вырезом на спинке…
"Не позавидуешь этим ругам!” - решил Язон и тут же поймал себя на мысли, что думает о них не как о бритбаках или спиногрызах, но как о ругах. Это был несомненный прогресс, способный, быть может, отвести от них карающую длань Судьбы. Они уже воспринимались не врагами, а, скорее, упрямыми и неуступчивыми партнерами, которых нужно не уничтожить, а переубедить, продемонстрировав кнут и пряник: мощь, подвластную человечеству, и выгоды возможного союза. “Этот союз был бы таким плодотворным, - размышлял Язон, оглядывая утилизатор и вспоминая о других чудесных устройствах, - таким полезным им и нам… Торговля, обмен концепциями и идеями, диалог с инопланетным разумом - и, наконец, история сотен миров в их древней галактике, где зародился разум!”
Грандиозность этих перспектив на миг заворожила его, и он позабыл, что является пленником, беспомощным пленником, не властным над ситуацией и обстоятельствами. Он кое-что узнал о ругах, а руги что-то узнали о нем, но хватит ли этих знаний, чтобы понять друг друга? Во всяком случае, он на это надеялся.
Эта надежда не покидала Язона, когда его опять привели на допрос, поставив под трубой ку’рири.
Немного двусмысленности еще никому не повредило.
"Мысли и мнения, или Как сделать свой первый миллиард”, “ТСА-букс”, Терра-Марс.
Древнее пособие, авторство которого приписывается легендарному Язону динАльту.
- Ты уже познакомился с этим прибором, хадрати, - сказал Хозяин-Навигатор, сверля Язона треугольными глазками. - Ты знаешь, что должен отвечать на вопросы правдиво.
- А как же еще? - удивился Язон. - Только правдиво! После дождика в четверг.
Руги переглянулись с явным недоумением. Тут была прежняя шайка: красный Советник Пит, леди Патриция, Измеритель My и Дик, Помощник Навигатора. Разумеется, и сам Хозяин.
- Что ты сказал, хадрати? - поинтересовался он.
- Это… ммм… идиома. Нечто вроде клятвы говорить правду, и одну лишь правду.
Ку’рири не загудел, и это настроило Язона на оптимистичный лад.
- Прежде чем мы начнем, я бы хотел обратиться, сэр Навигатор, с покорной просьбой: не называть меня хадрати.
- Почему?
- Это унижает мое достоинство. Как-никак я представитель планеты Пирр, имеющий целую кучу потомков! Мой ранг не ниже, чем у членов красного поколения. И у меня есть имя!
Помощник Дик пронзительно свистнул.
- Имя? Руги не называют хадрати по имени! А ты - хадрати! Презренный червь, вообразивший о себе!
- Я - доминирующая форма жизни в этой Галактике! - рявкнул в ответ Язон. - Кожа у меня розовая, и я не потерплю оскорблений от ублюдка Желтого! Это повод для поединка чести, как гласит Кодекс Первого Навигатора! - Он хищно улыбнулся и добавил:
- Пусть мне вернут мой ножик, и я узнаю, что у тебя внутри, молокосос!
- А я… я тебе нервный узел вырву, клянусь Гнездом!
Советник Пит приподнялся, простирая длинные руки в жесте миролюбия.
- Не стоит прибегать к бессмысленным угрозам, Помощник. Ты прав, мы не зовем хадрати по имени, но если мы придумаем другой термин, то сущность хадрати не изменится, ведь так? - Он оглядел Язона с ног до головы. - Вижу, ты не терял ни сиба, знакомясь с учебными лентами… Но кое-что не понял: этот Кодекс, как и все остальные традиции и правила, относится только к ругам.
- Ладно, я отменяю вызов на поединок, но прошу обращаться ко мне с уважением. Принимается? Или мы и дальше будем стегать дохлую лошадь? <Английская пословица; имеет смысл: пререкаться попусту>
- Что? - произнес Навигатор Джек, содрогнувшись всем телом. - Какую лошадь? - Запрокинув голову, он уставился в потолок. - Память, объясни! Какой в этом смысл?
- Причинять боль крупному ездовому животному, - раздался гулкий голос компьютера; затем, после небольшой заминки, он добавил:
- Мертвому.
- Но мертвое не ощущает боли! - выкрикнул Навигатор, поворачиваясь к Язону.
