Гленвэр всё оттягивал и оттягивал старт. Он проверял и перепроверял расчетные координаты гиперпрыжка, пытаясь проложить маршрут к ближайшей известной звездной системе, сверяя с координатами, которые ему все-таки выдали нейросети корабля. Раньше он никогда не зацикливался на этом. Дело было не в расчетах, дело было в другом. Дело было в Далмаре. Гленвэр сомневался. Он сомневался в правильности принятого им решения. Сейчас он сидел за мониторами, смотрел невидящим взором на экраны и прислушивался. Он слышал тяжелую поступь Далмара в дальнем отсеке, где были собраны навигационные карты и межгалактические атласы. Все дни, необходимые для предполетной акклиматизации, провел Далмар на корабле, и всё это время он интенсивно изучал теоретические основы космонавтики и принципы работы бортовых систем. Те вопросы, которые он задавал по теории, наводили Гленвэра на мысль, что его мозг работают и линейно не хуже, чем нейросети компьютера, и креативно, как мозг любого соплеменника Гленвэра. То, что Гленвэр изучал в академии космопилотов в течение шести лет, Далмар освоил за пару недель. Но, когда он применил мнемоническое правило для запоминания и определения созвездий, используемое всеми учениками академии, Гленвэр был не просто удивлен, а поражен. В тот день, Далмар, пройдя все психофизические тесты, необходимые для полета, пришел очень довольный к Гленвэру и сказал, что он полностью готов. Тесты показали хороший результат, а ещё он знает, что созвездие Льва базовое, а Лев в зубах держит Рака, хвостом указывает на Деву, а лапой давит Чашу.
Но, Гленвэр, сомневался. Он хорошо помнил то чувство, которое возникло у него при первой встрече. Тогда, после не очень мягкой посадки, когда Гленвэр только выбрался из капсулы и, выпрямившись в полный рост, чуть потянулся, разминая затекшие конечности, появление Далмара из-за кучи песка было как светопреставление. Представьте, этакое чудище – дерево, у которого вместо корней много длинных лап, на которых оно передвигается. Толстый, высокий, в полтора раза выше Гленвэра ствол. Широкая, темно-бурая листва. Глаза и уши, и главное, рот, из которого изошел утробный звук с такой грозной, повелительной интонацией, что Гленвэр, ничего не понимая, все же замер как вкопанный. Потом, правда, они смеялись, вспоминая их первую встречу. Ну, а вот теперь Гленвэру надо было принять окончательное решение: брать ли с собой в полет на свою Колиопту, к своему голубому солнцу Далмара с его подругами? Когда-то, ученые говорят, солнце, обогревающее Колиопту, было ярко-оранжевым. А теперь в результате потери кислорода атмосфера была столь разряженной, что солнце стало голубым. Далмар просто загорелся своей идеей восстановить на планете Гленвэра леса и, как результат, атмосферу. "Прямо, Мессия – не меньше! – ворчал Гленвэр. Конечно, он мечтал, чтобы его дети или хотя бы внуки жили, как в древности, на поверхности Колиопты, а не в подземных городах. – Но, по силам ли это сделать Далмару? Или это бред его воспаленного мозга. То есть, его мозговой жидкости. А, что скажут братья? А, какой "сюрпризец» будет для Гленды. Что там для Гленды, "сюрпризец" будет для всей Колиопты!"
История планеты и цивилизации на Седаре и Колиопте были, как выяснилось, чем-то схожи. И в то же время имели существенные различия. В свое время Далмар спросил Гленвэра о том, какая продолжительность жизни их особей. Ответ Гленвэра его крайне удивил. Он считал, что за столь короткий период жизни индивидуума невозможно накопить необходимое количество знаний и опыта, чтобы создать устройства, позволяющие вырваться за пределы притяжения планеты. На что Гленвэр, объясняя, сказал, что существует вполне научная гипотеза о происхождении их вида и цивилизации. Эта гипотеза основывается на том, что жизнь на Колиопте зародилась 4 млрд. лет назад. Простейшая клетка росла и в один прекрасный день превратилась в разумное существо. А представители их вида являются потомками предыдущей более развитой цивилизации. Та цивилизация канула в веках. А огромные пласты знаний, доставшихся им в наследство, позволили сделать прорыв в техногенных областях, в том числе в космонавтике. Далмар, удовлетворившись ответом, поведал, что и на Седаре существует такая же гипотеза. Подтверждение тому этот странный артефакт, который Далмар "украл" для Гленвэра. Но лично Далмар, придерживается другой теории. Он считал, что именно научно- техническая революция научила их вид полностью воссоздавать почти всё, что природа генерировала веками. По его ощущениям, именно сейчас границы между биологической жизнью, неодушевленными предметами и технологиями всё больше размываются. Взять, к примеру, их способ размножения на Седаре.
– Во- первых, нужно, чтобы было две особи мужская и женская. Дальше процесс идет следующим образом. В специальном инкубаторе смешивается генный материал, выращивается росток, потом он помещается в отдельный контейнер с питательным субстратом. А дальше переносится, как правило, в отцовскую оранжерею.
