Нефрит. Огонь. Золото полностью

– Не мне решать, жить ему или умереть. – От звучащего в голосе императрицы удовольствия по моему телу пробегают мурашки. Каждое слово, выскользнувшее из ее прелестного рта, словно едва уловимое предупреждение о грядущих ужасных событиях. – Знаешь, дорогая девочка, сколько всего интересного можно найти в старых пыльных свитках, написанных на мертвых языках, в Запретной библиотеке. К счастью, я располагаю свободным временем, и мне требовалось… увлечение. Похоже, Юнь Лун не сумел уничтожить все. Остаются истории о давно забытом прошлом. Судя по всему, подлинные события.

Чжэньси проводит пальцем по моей челюсти. На сей раз нет ни пламени, ни иллюзий, но от ее прикосновения меня пробирает дрожь.

– Мужчины часто бывают ослеплены собственной гордыней. Когда зацикливаешься на том, что считаешь истинным, не видишь картины в целом. История тяньсай – это история Дийе; и одна не будет полной без другой. Быть сведущим только в чем-то одном означает, что тебе известна лишь половина истории, половина истины. В конце концов, это одни и те же люди. – Ее теплое дыхание касается моей щеки. – Вот тебе правда, Похитительница Жизни. Меча света не существует.

– Но темный…

– Да, существует некий меч, – нетерпеливо перебивает императрица. – Ты нашла его, не так ли? Но нет ни темного, ни светлого меча: это одно и то же. Темный меч никогда не должен был стать тем, чем он является сейчас. Меч – всего лишь инструмент. Его предназначение определяет тот, кто им владеет. Юнь Лун испортил его, осквернил неправильным применением магии. Он изменил равновесие в мире и проклял нас всех. Грехи его крови находят продолжение в его потомках. Необходимо вернуть баланс, а для этого должна быть принесена жертва, чтобы земля исцелилась.

Тошнотворная мысль проскальзывает в мой разум. Я молчу, пытаясь выбросить ее из головы.

– Как Похитительница Жизни, ты можешь вернуть темный меч в его естественное состояние и восстановить равновесие, – продолжает императрица. – Восстанови его кровью потомка Юнь Луна, и последние следы его магии исчезнут с лица земли. – Она улыбается. – Мой муж Гао Лун мертв…

– Нет, – выдыхаю я.

– Тай Шунь – мой сын, но в нем нет императорской крови. Гао Лун…

– Замолчите!

– …Не приходится ему истинным отцом. Это означает, что в живых остался только один человек, в жилах которого до сих пор течет кровь Юнь Луна. Есть только один потомок, один истинный наследник.

Алтан.

Каждая клеточка моего тела кричит, извивается, ищет способ забыть ее слова, повернуть время вспять.

– Это неправда! Вы лжете! – всхлипываю я.

– Неужели? – Императрица откидывается назад, бросая на меня последний долгий взгляд. – Так что ты решаешь? Ты спасешь свою бабушку и убьешь тысячи? Или убьешь своего отца и выйдешь замуж за моего сына? Ты убьешь Цзыня и спасешь землю и наш народ? Или умрешь в одиночестве после того, как все, кого ты любишь, покинут этот мир?

Пламя исчезает, и я снова погружаюсь в темноту. Понятия не имею, одна ли я, или императрица где-то в комнате наблюдает за мной, словно змея, в любой момент готовая к броску. По мере того, как утекают секунды, отчаяние сжимает мой разум в своих искореженных объятиях, сливаясь со мной воедино.

АЛТАН

Я несколько раз моргаю, пытаясь сфокусироваться, но вокруг полнейшая темнота. Голова у меня словно свинцом налита и кружится. В воздухе ощущается тончайший цветочный аромат. Затекшие конечности болят и ноют, как будто ими давно не пользовались. Я неуверенно поднимаюсь на ноги, слепо шаря вокруг.

Холодный металл. Камень. Замкнутое пространство. Узко так, что я могу коснуться противоположных стен, разведя руки в стороны.

Подземелье.

Ударяю кулаком в металлическую дверь. Если бы только я не оказался слишком нетерпелив. Если бы проявил хоть чуточку больше осторожности. Все давалось мне слишком просто. То, как я разоружил стражников, как нашел метку Дийе, как все камеры оказались пусты, кроме одной. Идеальная ловушка для импульсивного и высокомерного болвана.

Ты.

Одно-единственное торжествующее слово, произнесенное, когда показалось это прекрасное лицо, слишком молодое, чтобы принадлежать бабушке Ан.

Потом меня окутал цветочный аромат и, наконец, темнота.

Я опускаюсь на пол. Внезапно мои уши улавливают шепот, свистящий звук мельчайших частиц, рассыпающихся по земле.

О боги.

Нет. Нет-нет-нет.

Мои пальцы нащупывают шершавую землю.

Шершавую, словно песок.

АН

Холодный воздух проникает в мою спальню из оставленного приоткрытым окна. Дрожа, я пытаюсь сесть. Действие ядовитого чая императрицы проходит, но кое-что изменилось. Я сгибаю пальцы. Магия ко мне не вернулась. Вероятнее всего, подмешанная в напиток субстанция каким-то образом заблокировала мою ци.

Откровения императрицы тяжким грузом ложатся мне на сердце. У меня не получится вызволить аму и Алтана, не убив прежде своего отца. Способна ли я на подобное? Небеса отвернулись бы от меня за такой грех, но разве боги не прокляли меня с самого начала? Будет ли Алтан принесен в жертву, чтобы спасти нашу землю?