– А если госпожа не пожелает тратить время на такие пустяки? – полюбопытствовал Блейд.
– Тебе придется приложить максимум усилий, чтобы она пожелала. По крайней мере, пока Кхад отмечает свой день рождения… а там уже будет все равно.
Они поговорили еще примерно с пять минут. Потом Растум аккуратно разбил Блейду губу – так, чтобы натекло побольше крови. В таком виде его и препроводили пред светлые очи – вернее око – Опоры Мира и Сотрясателя Вселенной.
К удивлению разведчика, на этот раз шатер Кхада оказался совершенно пустым. Только музыканты жались в углу, да полдюжины стражей несли дежурство у возвышения с тронами; очевидно, все остальные подданные всемогущего заблаговременно убрались подальше. В группе воинов Блейд заметил закованного в цепи человека. Очевидно, это и был тот самый лазутчик из Серендина, которого Лали послала ему на выручку. На помосте теперь стояли три кресла – рядом с троном Кхада находилось еще одно резное деревянное креслице, где расположилась маленькая девочка в обтягивающих штанишках и мягких кожаных башмачках; кожаная курточка почти не закрывала ее еще не оформившейся груди. Шагнув ближе к помосту, Блейд с любопытством поглядел на ее симпатичное заплаканное личико. Конечно, женщины монгов взрослеют рано, но ей нельзя было дать больше десяти лет.
Кхад наклонился к девочке, погладил ее шелковистые волосы и что-то прошептал на ухо. Она бросила на него внимательный взгляд и величественно кивнула.
Теперь Блейд рассматривал Садду. Ее сложная прическа, несмотря на столь ранний час, оказалась в полном порядке, но морщинки усталости под глазами были заметны даже сквозь вуаль. Она взглянула на него и быстро отвернулась.
У Кхада в ногах удобно устроился карлик Морфо. Он, по обыкновению, вообще не обращал на Блейда внимания, притворяясь, что занят только своими блестящими разноцветными шариками.
Кхад, заметив разведчика, попытался распрямить спину и уставился на него единственным здоровым глазом.
– Эта сучка императрица Мей очень беспокоится о тебе, – начал он без предисловий. – Она даже послала шпиона, который должен был выкрасть тебя.
– Кхад ткнул пальцем в обмотанного цепями человека. – Ты знаешь его, Блейд?
Разведчик покачал головой.
– Я никогда не видел его, о Сотрясатель Вселенной. – Это была чистая правда.
Безумный глаз Кхада блеснул в свете факелов; его черный помутневший зрачок тяжело ворочался в оправе желтоватого, налитого кровью белка. Рот повелителя скривился в улыбке, обнажив сырые крошащиеся зубы.
– Он тоже говорит, что ты не мог его знать. Но мой воевода не верит ни ему, ни тебе. И он попросил меня разобраться с этим делом.
Серендинца грубо пихнули вперед, и его цепи жалобным звоном на мгновение заглушили тихо льющуюся из дальнего угла музыку.
Кхад вытянул жилистую шею, впившись в лица обоих пленников.
– Так ты никогда не видел его? – выдохнул он, схватив Блейда за плечо.
– Никогда.
Лазутчик носил доспехи десятника армии монгов, кожа у него на руках и лице была натерта каким-то снадобьем; теперь темный слой шелушился и отходил, оставляя после себя розовые пятна. С подбородка пленника все еще свисали клочья редких черных волос. Его фальшивая борода почти отклеилась, и большая ее часть прилипла к кожаному нагруднику.
Кхад повернулся лицом к шпиону и вперил в него горящий яростью глаз.
– А ты видел раньше этого человека?
Лазутчик равнодушно посмотрел на Блейда.
– Видел. Это сир Блейд, тайный советник, прибывший к ним из Пукки больше месяца назад. Он убил вашего лучшего бойца и был захвачен в плен, когда под ним пала лошадь. Меня послали к вам в лагерь, чтобы я попытался устроить ему побег. Но мне не удалось даже найти его.
Да, шпион не скрывал ничего; однако он все еще старался выгородить Блейда.
– Я говорю правду, – заявил пленник. – За это мне обещали легкую смерть.
Вот почему у него так быстро развязался язык!
Выпученный глаз Кхада с изумлением уставился на серендинца.
– Я не давал такого обещания!
– Человек, который пытал меня, подтвердит, что… – лазутчик вытянулся во весь рост, крепко сжимая кулаки; по его бледному лицу струился пот, дыхание перехватило.
Садда, не отрывая глаз от Блейда, припала к уху своего безумного брата.
– Ты ведь слышал, повелитель, Блейд не собирался бежать от нас. Разреши мне забрать его. Шпион из Серендина сказал правду под пыткой, – громко шептала она.
Кхад вдруг громко расхохотался. Этот необузданный приступ веселья постепенно превратился в истерику – он бил себя кулаками в грудь и смеялся, пока слезы не брызнули из глаз.
– Я знаю, сестра! Я знаю, что он тебе нужен! Иначе кто же будет согревать твою постель? Я не стану судить его. Пусть моя лошадь рассудит! – Сотрясатель Вселенной хрипел и бесновался на троне. – Привести сюда Громобоя! Пусть он решит!
Блейд, моментально сообразив, в чем дело, рискнул взглянуть на Морфо. Значит, конь будет ему судьей! И если карлик, намерен выдать его, то сделает это именно сейчас.
