– Я, наверное, все-таки сломаю тебе вторую ногу, чтобы Маик-цзен не тратил на тебя время. Он человек терпеливый, но не любит долгие разговоры и с тобой был на редкость щедр, а ты не воспринял это всерьез, баруканская собака.
– Ийн-цзен, – произнес Лотт, – нет нужды оскорблять его, когда он в таком состоянии. – Обратившись к барукану встревоженным тоном, он добавил: – Лично я надеюсь, что ты решишь сотрудничать. У тебя нет причин хранить верность Запуньо ценой таких мучений, а я не хочу подвергать тебя еще большим страданиям, хотя, конечно, выполню приказ.
Сказано было с точно отмеренной дозой сострадания, увещевания и холодной уверенности. Кен довольно хмыкнул – Палец Лотт Цзин поначалу не был уверен в себе, но по указаниям Хило Кен поставил его под присмотр хороших наставников, и юноша прошел долгий путь, теперь его поведение значительно улучшилось.
Кен ждал, дав пленнику еще несколько минут, и размышлял, как сделать Лине предложение. Он знал, что она согласится, они уже об этом говорили. Теперь самое время – он старший сын и надеялся вскоре тоже стать отцом. Как человек довольно замкнутый, Кен предпочел бы простую и негромкую свадьбу, но знал, что это невозможно – женитьба Штыря всегда событие для клана. Все политические соображения и повороты судьбы, касающиеся семьи Коулов, касались и Маиков.
Докурив, Кен вернулся и потребовал ответа. Теперь пленник заметно дрожал и совершенно пал духом, он указал им на контейнер, который ему велели охранять. Сложно поверить, что по крови барукан – кеконец, подумалось Кену, уж больно он слабоволен, но это естественное следствие рождения и постоянных унижений в стране трусов – Шотаре.
Кен вызвал врача, чтобы тот осмотрел раны пленника. Привели членов экипажа, с помощью судового крана они вытащили нужный контейнер. Когда вскрыли гофрированный металл, Кен увидел, что внутри контейнер забит картонными коробками.
Первые несколько коробок, которые они осмотрели, были наполнены упакованной в полиэтилен одеждой – спортивными штанами, майками, купальниками, прямо с фабрик на островах Увива. Потом Йин заметила, что на некоторых коробках стоит дополнительный штрих-код. Кен открыл такую коробку и вытащил женскую кофточку с зелеными пуговицами. Пуговки были нефритовыми, а кофточка фальшивой – она не расстегивалась. Вся коробка была наполнена нефритом, замаскированным под простые украшения. Спрятанные под слоями ткани, среди одежды, драгоценные камни с легкостью избежали бы досмотра в Югутане, где кто-то получал их от имени фиктивного продавца одежды. Стоимость нефрита составляла целое состояние.
– А этот увиванский пес неглуп, – ворчливо признал Кен, стоя посреди свалки коробок, полиэтилена и ткани. Он оставил Зеленых костей продолжить обыск, а сам пошел на мостик и приказал капитану изменить курс. «Гордость Амарики» пришвартуется в жанлунской Летней гавани.
В югутанских газетах появилось туманное сообщение, однако новости об этом событии не вышли за пределы страны, Шаэ получила перевод статей от своих людей в Югутане. На прошлой неделе произошло несколько точечных бомбовых атак, и в результате были разрушены химические фабрики около Драмска, Нитию и Бурсвика.
Югутанское руководство обвинило в атаках шотарских повстанцев из Оортоко, поддержанных эспенским правительством. В статье не раскрывалось, кто владеет или управляет фабриками, что они производили и по какой причине стали целью диверсии, но Шаэ уже знала. Эспенцы не предложили бы плату за информацию, которую не планируют использовать. Восемь месяцев назад она встретилась в клубе «Белый фонарь» с послом Мендоффом и полковником Дейлером, а теперь доходные фабрики Горных по производству «сияния» были разрушены.
Айт Мада наверняка в ярости. Довольная улыбка озарила лицо Шаэ и долго не исчезала. Равнинные не действовали против Горных напрямую, но Айт наверняка вычислит, кто продал информацию эспенцам.
Шаэ ни секунды не сожалела о содеянном, она нанесла сокрушительный удар по Горным, не рискуя людскими жизнями или предприятиями Равнинных, и теперь огромное количество отравы, убившей Лана, не попадет на черный рынок, а вдобавок Шаэ укрепила союз с эспенцами, не поддавшись на их требование поставлять больше нефрита. Такой хитроумной победой гордился бы дедушка. Была лишь одна проблема – Айт наверняка отомстит. Шаэ не знала, когда и как это случится, но Горные найдут способ.
Шаэ вызвала в кабинет Вуна и попросила его организовать еще одну встречу с полковником Дейлером.
– Скажи полковнику, что у нас есть новая информация, представляющая интерес для военных.
Вун сел перед ее столом. После попытки уйти в отставку с поста главы аппарата несколько недель назад между ними тянулась молчаливая неловкость, но необходимость поддерживать рабочие отношения постепенно от нее избавила. Шаэ была рада, что Вун снова чувствует себя свободно рядом с ней. Ей нравилось, что они по-прежнему друзья, хотя все стало немного по-другому.
