На самом же деле если есть у рыночной экономики самый непререкаемый закон, то он состоит как раз в том, что ничто не вечно: подъем обязательно рано или поздно сменится спадом, бумкризисом (и наоборот), дорогие домадешевыми, и даже золото, увы, не гарантирует возвращения вложенных средств.
Когда накопивший несколько тысяч фунтов гражданин Великобритании обращается к финансовому консультанту с вопросом, что с ними делать, то, если специалист попадется умный и добросовестный, он непременно порекомендует подопечному не класть все яйца в одну корзину (называется: «надо диверсифицировать вложения»). Не увлекаться одной какой-то областью инвестиций, какой бы супер-привлекательной ни казалась бы она на данный момент. Не жадничать, гоняясь непременно за самой высокой нормой прибыли в минуту.
И в любом случае соизмерять риск здравым смыслом. Если появятся вдруг неожиданные, «лишние» деньги, то тогда да, какой-то их частью можно рискнуть и сильнее. Правда, всё продумав и просчитав. Не поддаваясь бездумно стадному чувству – куда все, туда и я.
Все эти рассуждения настолько банальны, что даже неловко их здесь приводить. Но почему в таком случае и мелкие и крупные игроки и действующие лица рынка из раза в раз нарушают эти очевидные правила? И дилетанты, и высокоопытные профи?
Почему крупнейшие банки залезают в гнилые, заведомо сверхрискованные американские ипотеки, прекрасно понимая, на что идут. Залезали, так крупно рискуяпрактически самим своим существованием. Теперь выясняется, кстати, что, когда ужаснувшиеся происходящему специалисты шли к начальству, чтобы поднять тревогу, им затыкали рты, а то и просто увольняли. Понятно, в чем дело. В жадности человеческой, которая слепит глаза. Но и в социальной психологии. Трудно идти против течения даже самому сильному и волевому. Вообразите: вы глава банка и вот все вокруг это делают и капитализация других банков каждый день растет, растут и зарплаты, к рождеству ожидаются феноменальные, многомиллионные, просто абсурдные премии. И никто, кроме меня ничего не боится! А я что, слабак, что ли? Что же я один буду шагать не в ногу? Такого не бывает!
Уже целые тома написаны о «нерациональности» поведения участников рынка. О том, как влияют на их поведение слухи, ложные ожидания, паника. Как продают акции, когда «все продают» и покупают непременно, когда «все покупают» (а очень часто надо делать наоборот). Как увлекаются одними и теми же деривативами, когда этих рискованных контрактов заключено уже на десятки триллионов долларов, и одно это должно бы заставить насторожиться, так ведь нет. Вопиющий пример: во время бума интернет компаний в 90-годы ХХ века, многие из них оценивались на фондовом рынке в несколько раз больше, чем могли бы даже теоретически заработать. И все вместе по совокупности, их акции тоже уже стоили больше совокупного количества денег на доступном им рынке. Абсурд, бессмыслица! Но каждый рассчитывал видимо, на знаменитый принцип «большего дурака» пусть я сильно переплатил, всегда найдется кто-то, кто купит у меня еще дороже!
А вот и не всегда. Сколько веревочке не виться…
Наступление кризиса было неизбежно просто в силу закона цикличности. Но многочисленные лопающиеся пузыри усилили в несколько раз его вредоносное воздействие. И одним из таких пузырей оказался нефтяной рынок.
Прилив на нефтяные биржи нерационально огромного количества спекулятивных денег сыграл большую, возможно, решающую роль в произошедшем.
Доктор Конопляник отмечает, что изначально у ожиданий роста цен были объективные причины. Но на этом фундаменте «сформировалась финансовая пирамида». Пирамида эта выстроилась и в результате процесса глобализации, и вследствие обилия дешевого кредита. И даже бурное развитие интернета и электронных форм платежа – всё это помогло вершине этой пирамиды залезть за облака. Никуда больше не надо звонить, не надо с кем-то долго договариваться, переписываться, посидел несколько минут за компьютером – и готово дело, вложил всё, что у тебя было, в нефтяной фьючерс или опцион – фактически заключил пари на то, что нефть скоро вырастет в цене. Или упадет.
Но чем выше поднимешься, тем больнее падать.
А вот как комментировал происходившее на рынке нефти в середине 2008 года уже не раз упоминавшийся Дэниэл Йергин, глава Кембриджского центра энергетических исследований и автор знаменитой книги «The Prize»: «На финансовых рынках воцарилась психология дефицита. Множество людей, которые раньше никогда не инвестировали в сырье, теперь вкладывают в нефть огромные суммы. Но называть это спекуляцией – значит понимать ситуацию слишком примитивно».
