Авилов пожал плечами – он предпочитал не озвучивать очевидное. Верховский остановился и уткнулся взглядом в разворошённый снег под ногами. Неочевидное он тоже прекрасно научился понимать.
– Завтра напишу по собственному.
Кирилл Александрович насмешливо хмыкнул.
– Вы с ума сошли?
– Нет. Напротив, стараюсь мыслить здраво, – Верховский, пересилив себя, посмотрел собеседнику в лицо. – Пистолет с одним патроном вручают не для того, чтобы играть с ним в русскую рулетку.
– Поищите своим навыкам стрелка более полезное применение, – Авилов досадливо поморщился. – Я не имел в виду ничего подобного. Вы нужны мне как профессионал. И вообще, и именно сегодня.
– На моей совести – человеческая смерть, – напомнил Верховский. – И леший знает, сколько их ещё будет. Если тень здесь, у нас…
– Забудьте о тени, – приказал Авилов. Он небрежно взмахнул рукой, отгораживая себя и собеседника от мира стеной тишины. – В ближайшие пять лет она не посмеет приблизиться к живому человеку. Никаких экстренных режимов, никаких карантинов. Столица должна жить, как живёт.
– Но ведь…
– Поверьте мне, – раздельно произнёс Кирилл Александрович. – Маргарита Анатольевна умерла от применения нестабильных чар. Медики и надзор это подтвердят. Про тень никто не вспомнит. В том числе и вы.
Верховский обескураженно кивнул. В том, что говорил депутат, было исчезающе мало смысла, но отчего-то это стремительно становилось неважным. Самое главное – опасная нежить на долгие годы отлучена от права отнимать силы у людей. Каким бы образом это ни случилось…
– И прекратите, в конце концов, носиться со старыми промахами, – бросил Авилов почти презрительно. – Поймите одну простую вещь: каких бы дел вы ни натворили в прошлом, вы нужны в настоящем. Здесь. Сейчас. И если вы думаете, что я так легко отпущу вас с поста, то вы жестоко ошибаетесь. Я хочу, чтобы чёртов контроль работал как надо, а не лил воду на мельницы всяких проходимцев, ясно вам?
Верховский снова кивнул. Депутат всё-таки не в себе. Говорить такое, в таком тоне, в такой момент…
– Вот и славно, – Авилов поджёг очередную сигарету, затянулся и выпустил струйку дыма, словно потухший вулкан. – Вы не хуже моего знаете: если мне вздумается прислать вам пистолет с одним патроном, пуля предназначена будет мне.
Он одним раздражённым жестом сорвал плотные чары тишины и, круто развернувшись, зашагал обратно к дому. Верховский остался стоять. Потом, выждав достаточно, чтобы Авилов скрылся среди заснеженных яблонь, неторопливо пошёл обратно по собственным следам. Ему ещё предстояло забрать на экспертизу кустарный амулет, ставший причиной человеческой гибели.
В тренировочный зал к разбирающим наряды безопасникам Яр влетел на десять минут позже положенного. Немолодой подполковник окинул хмурым взглядом его куртку, слишком лёгкую для нынешних морозов, и неприветливо спросил:
– Кто такой?
– Стажёр Зарецкий, магконтроль, – Яр продемонстрировал ему служебное удостоверение. – Буду вместо Громова, он приболел.
– Стажёр? – подполковник негодующе изогнул брови. – Хоть девятка-то есть?
– Пятёрка у него, – подал голос Липатов, прохлаждавшийся поодаль вместе с остальными офицерами. – Надежда сообщества, погибель нежити, гроза дорог!
– Заткнитесь, Денис Григорьевич, – попросил Яр, пряча корочку в карман джинсов. Кто-то из оперативников насмешливо хмыкнул. – Прошу прощения за опоздание, всё переиграли в последний момент.
– Началось в колхозе утро, – буркнул подполковник и повернулся к выстроенным вдоль белой линии безопасникам. – Рассказов! Слушал инструктаж?
– Так точно, товарищ подполковник!
– Тогда повтори для стажёра Зарецкого: что у нас через десять дней?
– Зимнее солнцестояние, товарищ подполковник!
– Что сейчас делает нежить?
– Нарушает общественное спокойствие, товарищ подполковник!
– Что делаем мы?
– Охраняем порядок в осложнившейся обстановке, товарищ подполковник!
– А мэрия что делает?
– Устраивает гуляния и подвергает риску гражданское население, товарищ подполковник!
– Какова наша задача?
– Обеспечить безопасность массовых мероприятий в местах с опасным уровнем фона в критически важные моменты, товарищ подполковник!
– Стажёр Зарецкий, всё понятно?
– Всё понятно, товарищ подполковник, – покладисто ответил Яр. – Каково моё назначение на сегодня?
– Пойдёте с группой Сенцова. Ещё вопросы?
– Вопросов нет.
Гуляния впрямь впечатляли размахом. Город и прежде одевался в начале зимы праздничными огнями; Яр смутно помнил собственный детский восторг от прогулок по центру столицы, которые когда-то устраивала для него наставница. Однако с каждым годом иллюминацию включали всё раньше, а всеобщие беспечные развлечения длились всё дольше, и хоть бы кто-нибудь додумался зажечь настоящие, а не электрические огни…
– Замёрзнешь ведь, – сочувственно сказал Яру безопасник по фамилии Сенцов. Служебный автобус выгрузил их близ исполинской арки, облитой золотым светом прожекторов; теперь все нетерпеливо притоптывали на месте и выдыхали белёсый пар. – Нам тут до часу ночи куковать.
– Без проблем, – заверил Яр. – Я не замёрзну.
