Тотальности можно противостоять; вместе с нею и посредством нее привносится та нетождественность, которую тотальность соответствиясосвоим собственным понятием искажает и фальсифицирует. Негативная диалектика связана с высшими категориями философии тождества, каксосвоими истоками. Поэтому негативная диалектика остается ложной, неистинной, по своей логике - логико-тождественной, то есть тем, антитезой чему она задумывалась. Негативная диалектика должна опровергать себя в критическом движении, аффицирующим понятия, форма которых исследуется отрицательно- диалектически, и эти формы как бы являются самым главным. Это две различные установки - мышление, нуждающееся в любой неускользающей, устойчивой форме, является закрытым, принципиально работает на себя, чтобы имманентно подвергнуть отрицанию, отвергнуть стремление традиционной философии к замкнутой текстуре; или мышление спешит спроецировать "из себя" эту форму закрытости, превратить интенцию "к себе самому" в первое (Erstes). Формальный принцип тождества в идеализме благодаря своей собственной формализованности обладает способностью утверждать и подтверждать, что содержание существует. Это неумышленно раскрывает терминология; простые предикативные суждения называются положительными. Согласно copula, "это так, а не иначе"; в акте синтеза, за которую copula отвечает, утверждается "это не должно быть по-другому, в противном случае синтез просто неосуществим". В любом синтезе работает воля к тождеству; как априорная, имманентная мышлению задача синтез представляется позитивным и желанным; субстанция синтеза посредством его самого может примириться с Я и таким образом превратиться во благо. Это вполне определенно допускает впоследствии моральное искомое и желаемое -субъектможет склониться перед чужеродным, уступить своему гетерогенному, потому что он осознает, насколько любая вещь является его вещью. Тождество является протаформой идеологии. В качестве адекватности тождество наслаждается предметами, которые угнетает; адекватность -этовсегда подчинение с целью порабощения и является его собственнымпротиворечием.
После невыразимого усилия, которое уготовил человек своему роду - обратить господство и главенство идеологии наконец-то против самих себя, род торжествует и вкушает плоды своей победы, превращая человека в определение его предмета, той вещи которой обладал род: то, что выпадает на долю вещи, она должна представлять и демонстрировать как свое в себе. Сила сопротивления идеологии - это ответ, который она дает, осознав сложность средств, которые использует мышление по принципу тождества, мышление вообще.
Мышление обнаруживает свою идеологическую составляющую тем, что никогда не следует собственному тождественному завершению: Не-я в итоге всегда Я; чем в большей мере мышление постигает Я, тем совершеннее способы обнаружения Я в объекте.
Тождество превращается в конечном счете в учение о приспособлении; объект, на который субъект должен ориентироваться, демонстрирует, что добавил субъект к объекту. Субъект должен принять идею разума - вопреки своему собственному разуму. Поэтому критика идеологии - не есть в философии нечто вторичное, чисто научное, ограниченное объективным духом и продуктами духа субъективного; это с точки зрения философии центральный пункт; критика идеологии есть критика самого конститутивногосознания.
