Негде спрятаться (ЛП) полностью

Рик пожалел, что не выпил пару рюмок перед тем, как лечь спать. Однако не хотел, чтобы Берт узнала, что он взял с собой бурбон. Она, может, и не стала бы жаловаться, но точно бы не одобрила. Берт переживала из-за того, что ее родители пьют, и в тех нескольких случаях, когда они с Риком обедали у них дома, время коктейлей растягивалось до двух. часов. Она не жаловалась им. Позже она жаловалась Рику. По косвенным признакам, ее комментарии, похоже, были направлены на Рика, поскольку по выпивке он не отставал от ее родителей. Разве люди не могут хорошо провести время, - говорила она, - не бухая?

Рик видел возможность пропустить пару глотков после ужина сегодня вечером, когда Берт уходила из лагеря собирать дрова. Но он сопротивлялся этому желанию, зная, что позже, когда они будут заниматься любовью, она почувствует этот запах в его дыхании.

Надо было взять с собой водку вместо бурбона, - подумал Рик. - Черт, она бы и ее учуяла. Запах водки слабее, чем у бурбона, но его не спутаешь.

Он подумал о бутылке. Она была почти на самом дне его рюкзака.

Они оставили рюкзаки снаружи, положив их на каменные плиты на другой стороне лагеря и накрыв пончо.

Там был не только бурбон, но и револьвер. Револьвер принес бы им много пользы в сорока футах от палатки, но Рик не хотел, чтобы Берт знала и о нем. Револьвер был двойным ударом: она вообще ненавидела огнестрельное оружие, а то, что Рик взял его с собой в поход, наверняка будет расценено как проявление трусости.

Если бы у меня был пистолет в прошлый раз...

Возможно, мне следовало рассказать Берт всю правду сегодня утром. Дав ей эту подчищенную версию, я, вероятно, выглядел просто желторотиком, ребенком, испугавшимся собственной тени.

Рик никогда и никому не рассказывал всей правды о том походе.

Когда они впервые увидели озеро, Рик хотел двигаться дальше. Оно было глубокого голубого оттенка, само по себе красивое, но окруженное таким пустынным пейзажем, что у Рика мурашки побежали по спине, несмотря на яркое солнце.

С трех сторон над озером нависали крутые стены каньона. Высоко вверху виднелись серые участки ледника, затененные нависающими склонами так, что, вероятно, они никогда не таяли полностью, год за годом. На скалах было несколько клочков травы, чахлые деревья, искривленные в причудливые формы. В остальном склоны представляли собой выбеленные куски разбитого гранита.

Тропа, ведущая вниз с перевала Уиндовер, привела к небольшому оазису, который выглядел чужеродным на фоне унылого окружения. В оазисе, на тенистой поляне у берега озера, был кемпинг.

Хороший лагерь, вероятно, обустроенный за долгие годы многими людьми, которые останавливались здесь после изнурительного спуска с перевала. Здесь был каменный очаг с тяжелой стальной решеткой, которую, должно быть, привезли на муле. Вокруг очага находилось несколько плоских камней, которые можно было использовать как сиденья или столы. Тут и там возвышались каменные стены, без сомнения, построенные для того, чтобы сдерживать ветры, которые должны были проноситься по каньону по ночам. На площадке было даже несколько ровных участков, в основном возле стен, которые выглядели так, будто их тщательно очистили от камней и выровняли.

Отец сбросил рюкзак на землю и потянулся. Подмышки его коричневой рубашки были темными от пота.

- Фантастика, да? - спросил он.

- Мне здесь не нравится, - сказал Рик.

- Что тут может не нравиться? - спросил папа.

- У меня от этого места мурашки по коже.

- Оно немного... бесплодное, - признала мама. - Они построили эти стены. Ветер, наверное, ужасный.

- Ну, ребята, до следующего приличного места придется долго добираться. Даже если мы пойдем дальше, нет никакой гарантии, что мы найдем место лучше, чем это. Может быть, даже хуже.

- Сейчас еще довольно рано, - сказала мама.

Отец показал ей топографическую карту, указывая, что ждет их впереди. Мама помрачнела.

- Думаю, мы остаемся, - сказала она.

Они разбили лагерь, поставив большую палатку на ровной площадке между двумя каменными стенами, а палатку Рика - в естественном укрытии рядом с высокой глыбой камня. Разложив снаряжение, они немного отдохнули. Отец сидел на камне у берега и курил трубку из кукурузного початка. Мама сидела, скрестив ноги, под деревом и читала, а Рик прилег в палатке. В палатке было жарко, несмотря на тень, но ему нравилось быть закрытым, спрятанным от мрачного пейзажа.

Позже отец предложил им прогуляться, чтобы "исследовать окрестности".

Рик не хотел ничего делать с окрестностями.

- Давай не пойдем, а скажем, что мы это сделали, - предложил он.

- Оставайся, если хочешь, - сказал ему папа. - Нас не будет больше часа.

- Мама, ты тоже идешь?