Зато другие не были так однозначны. Страх управлял людьми как куклами. Многие боялись голодной смерти, смерти от насилия и прочих вещей. Они шли как послушные овцы в ряды солдат, чтобы вновь пролить кровь в гражданской войне. И они её пролили. Долгое время продолжались бои, пока власть переходила от одной группировки к другой, и это было ужасно. Потом наступило затишье, и Гробов узнал, что всё закончилось. Было странно наблюдать, как постепенно всё приходит в порядок. Людям стали выдавать еду, требуя лишь получить новое удостоверение, чтобы избежать обмана, так как, по словам новой власти, пищи на всех не хватало. Да и пищей это назвать было сложно, противная синтетическая химия, сдобренная разными мерзкими добавками, такими как черви, жуки и прочая пакость. Не все люди могли это есть, несмотря на аппетитную упаковку и пропаганду полезности. Кого-то сразу рвало, а кто-то мучился несварением. Обычная человеческая еда куда-то сразу исчезла, и выбирать не приходилось. Люди обращались в специальные заведения, где им выдавали пластиковые карточки. Алексей тоже стоял в такой очереди, пока не увидел своим особым зрением, как по протянутой руке за карточкой прошёлся луч. Откуда он появился, Гробов не увидел, лишь было понятно, что устройство спрятано от глаз. Другой человек наклонился к окошку и тоже получил свой луч, только на лоб. Вот тут уже стало не до шуток, неприятный холодок прошёлся по спине.
Выйдя из очереди, Гробов пошёл обратно, больше в городе его ничто не держало. Догнав радостно улыбавшегося мужчину, который рассматривал своё новое удостоверение, Гробов взглянул на его кисть и увидел цифры, светящиеся зелёным светом. Обычным зрением они не были видны, но его не покидала уверенность, что скоро они проявятся.
Самое страшное было то, что отказавшихся от нового удостоверения было не так много. Оголодавшие и обезсиленные люди наблюдали за выдачей продуктов голодными глазами, но не двигались с места, кто-то и вовсе уходил прочь. Передвижные громкоговорители объявляли всем, где можно получить пищу, и что для этого нужно сделать. Люди вылезали из своих укрытий и стекались в эти места, огромная очередь растянулась на большое расстояние и всё пополнялась новыми людьми. Алексей заметил одну женщину, что стояла в сторонке и смотрела на происходящее со слезами на глазах. Гробов пробежался по её лбу и рукам и не обнаружил свечения, тогда он решил подойти.
- Почему вы не идёте получать новый паспорт?
- И он сделает то, что всем, малым и великим, богатым и нищим, свободным и рабам, положено будет начертание на правую руку их или на чело их…- Прошептала женщина, теребя в руках маленький крестик.
- Вы видите эти знаки? Удивился Алексей, но женщина как будто его не слышала, всё повторяя одну и ту же фразу. Он обернулся на толпу и обвёл её взглядом.
Ответив на свой вопрос, Гробов зашагал прочь. «
Жалел ли он, что придётся покинуть город, в котором он вырос и прожил всю свою жизнь? Нисколько! Ситуация изменилась настолько, что оставаясь в нём, он подвергал себя большому риску. Риску попасть в очередную ловушку, расставленную некими силами. К тому же, с ним готовы были уйти люди, много людей, которые доверяли своему новому лидеру. Теплилась надежда, что регионы, которых ещё не коснулась новая власть, смогут организоваться и отстоять свою независимость.
Подняв опущенную под градом плохих мыслей голову, Алексей взглянул вперёд.
