— Так-так, и кто у нас тут? — неуловимым движением отобрав крепко сжимаемый Свиток, так, что Хамелеончик даже не поняла, как тот покинул её пальцы, Торчвик принялся изучать дистанционную собеседницу. — Ах, Цветочек, вынужден признать — твой вкус на кошкодевочек почти столь же изыскан, как и мой! Позвольте узнать ваше имя, о прекрасное создание?!
— Сиенна Хан, — дёрнула ушком «прекрасное создание», окончательно убеждаясь, что этот «союзник Клыка» является очень… эксцентричной личностью. Пусть среди обладателей открытой Ауры это не было чем-то необычным, но даже на фоне Охотников Торчвик выглядел немного… безумным.
— Цветочек! — вновь прозвучало, очевидно, прозвище Илии, заставляя Сиенну сделать новую мысленную пометку. — Почему ты не сказала мне, что Белым Клыком руководит такая очаровательная милашка?
— Заткнись! — попыталась вырвать из цепких пальцев Романа и одновременно закрыть Свиток, по которому идёт видеозвонок, Илия. — Ты что такое говоришь, идиот?!
— Эй-эй, вор тут я, не воруй мои вещи, — Торчвик приподнял Свиток повыше, выведя его из области, до которой могла бы дотянуться девушка. Тот факт, что Свиток был вообще-то её, мужчину, разумеется, не заботил. — И вообще, Цветочек, что за дела? Почему ты не даёшь мне убить в себе расиста? Я, можно сказать, почти достиг просветления!
— Ты почти достиг могилы, придурок! Прекрати это транслировать!
— Да что ты понимаешь? Кто ещё в мире может назвать лидера величайшей террористической организации человеконенавистников очаровательной милашкой и завалить комплиментами? Так что не мешай! — отмахнулся он от бравого офицера и сосредоточился на Свитке. Слушавшая и наблюдавшая за всем этим Сиенна никак не могла понять, как ей ко всему этому относиться. С одной стороны, краткое реноме Амитолы полностью подтвердилось, с другой, наблюдая за этим типом, ей было сложно сдержать улыбку. Он не выглядел ни опасным, ни зловещим. Он был забавен.
— До меня доходили противоречивые слухи, мистер Торчвик, — решила она всё-таки побеседовать с этим типом.
— Пожалуйста, зови меня Роман, красавица, я терпеть не могу, когда столь прекрасные девушки обращаются ко мне официально, я ещё не настолько стар, — обаятельно улыбнулся этот рыжий тип. Сиенна невольно подметила, что для полноты образа ему не хватает только таких же рыжих лисьих ушей, а вот мысли Илии больше крутились вокруг образа топора, приложенного к пустой голове одного суицидника.
— Хорошо, Роман. До меня доходили противоречивые слухи. С одной стороны, тебя описывали как ярого расиста и фавноненавистника, с другой же, я получала информацию, что многие называют тебя "крёстным отцом" и считают прекрасным лидером, командиром и наставником. Что ты можешь сказать об этом? — плести изящные кружева слов с Торчвиком, очевидно, можно было очень долго, так в итоге ничего и не добившись. Да и не было это сильной стороной Сиенны. Нет, она всегда предпочитала натиск, агрессию, прямой конфликт, а потому не собиралась играть с противником на его поле.
— Я люблю фавнов. И ненавижу идиотов, независимо от их происхождения, — просто пожал тот плечами.
— Но разве Адам Таурус идиот? — нанесла она пробную атаку, внимательно изучая лицо мужчины. То дёрнулось в неприязненной гримасе.
— У него тяжёлая форма помешательства на почве детской травмы, — внезапно перешёл на совершенно серьёзный и профессиональный тон мужчина. — Сейчас это ещё не слишком заметно, но если приглядишься — рост остервенения его методов вполне прослеживается с течением времени, да и заказывать несогласных с ним сородичей он уже тоже начал. О Таксоне слышала, наверное? Официальная версия — погиб по неосторожности, устроив пожар в собственном доме, неофициальная — был ограблен и убит фавноненавистниками, реально же его заказал именно Адам. Итог у этого пути один — он начнёт резать даже своих товарищей из Белого Клыка, что посмеют критиковать его решения или имеют авторитет одёрнуть в случае чего. В конце концов, убил одного предателя, почему не убить других? Особенно если считаешь себя вправе сам их назначать, а Таурус у нас парень неробкий, излишней неуверенностью в своей правоте не страдает.
— Ты понимаешь, насколько это серьёзное обвинение? — прищурилась Хан, пока Илия забыла как дышать.
— Брось, с моим послужным списком заниматься мелкой клеветой — это несолидно. Да и как я буду выглядеть, если на меня подаст в суд Белый Клык за то, что я оговариваю его членов? — усмехнулся рыжеволосый. — В любом случае, моё дело — ответить на вопрос, а как этот ответ оценивать, это уже тебе решать. Но позволь очарованному твоей красотой мужчине дать дружеский совет, если вдруг Адам решит заявиться к тебе с группой друзей, то ты, чисто на всякий случай, держи свои очаровательные ушки на макушке и близко его не подпускай.
— Это всё? — предельно холодно уточнила Сиенна, решив для себя дать волю эмоциям уже после разговора, а пока получить от него максимум информации к размышлению.
— Если ты о причинах нашей взаимной неприязни, то это у нас ещё и личное, — Торчвик хмыкнул, и в этом хмыке звучало самодовольство.
