— Спасибо, — я не отказал себе в удовольствии её чуть-чуть стиснуть и поцеловать в ушко. — Кстати, раз уж речь зашла о моём моральном облике, — нацепляю на лицо самую лучшую из обаятельных улыбок наглого пройдохи, что были в арсенале прошлого Романа Торчвика, — я тут на днях заходил в одно милое кафе, где подрабатывает много девочек-фавнов…
— И ты встретил там девочку с кошачьими ушами? — вскинула бровь Блейк, пытаясь угадать ход моих мыслей.
— Нет, я же говорил — в отделении Белого Клыка Вейла нет кошкодевочек, — моя улыбка стала шире.
— При чём тут Белый Клык? — округлила янтарные глазки Белладонна.
— Вот мы и подошли к самому интересному! — выразительно поднимаю пальчик. — Дело в том, что девчонки из местного отделения Белого Клыка подрабатывают в этом кафе в свободное от терроризма время…
— … Что?
— Белый Клык в Вейле сейчас возглавляет один парень… — кручу рукой в воздухе, как бы подбирая слово, — с причудами! Всего я не знаю, — ни слова лжи! Всего не знаю, честное-благородное! — но у них там всё очень чудесато и весело. Не спрашивай меня, как всё дошло до подработок в кафе, но они в нём на самом деле работают. В общем, встретил я там одну очаровательную девочку-хамелеончика и разговорился с ней про ушки. Так вот…
— Пожалуйста, не говори то, о чём я подумала. Это невозможно. Даже для тебя, — отодвинувшись и словно палку проглотив, выпучила на меня глазки Блейк.
— Как скажешь, Котёнок! Я нем, как рыба! — разворачиваюсь на скамейке к кустам. — Нео!
— «Номер уже в твоём Свитке, захочешь с ней поговорить — звони. Мы не обещали ничего, кроме как найти тебя и передать», — спустя несколько секунд продемонстрировала нам табличку моя Мороженка, не отрываясь от файтинга на своём Свитке.
— Но как это может быть… здесь? — ударилась в тихую панику Белладонна.
— Котёнок, после твоего выступления в порту все, кто хочет, уже знают как о том, где ты сейчас, так и о том, с кем ты дружишь.
— Проклятье, — с горечью ругнулась кошкодевочка.
— Всё не так страшно, как ты думаешь. Оз, конечно, тот ещё пассивный диванодав, но во всём мире найдётся лишь человек пять-шесть, что смогут ему что-то сделать, дойди дело до серьёзных разборок. И студентов своих он в обиду не даст… ну, если не придётся далеко идти и откладывать чашечку кофе.
— Что ты ей сказал? — игнорируя мою шутку, затребовала информацию нэка. Из голоса Блейк ушла вся игривость и расслабленность, впрочем, давать по морде и обвинять в предательстве она тоже не спешила.
— Ничего существенного… — невинно отвожу взгляд, провоцируя янтарные омуты подозрительно сощуриться. — Ну, может быть, я показал ей вашу драку едой… — на лице Бантика отразился непередаваемый ужас. — Но ты не волнуйся, я сделал это только после того, как полностью убедился, что она не побежит сдавать тебя Адаму! Поверь, я разбираюсь в людях — уж кто-кто, а Цветочек тебя любит.
— Ясно, — Котёнок ушла в себя. — Я… должна подумать.
— Конечно. Но позволь дать совет от прожжённого жулика и вора.
— Хм? — кошачье ушко заинтересованно дёрнулось.
— Позвони ей. По мне, так она хорошая девочка и заслуживает того, чтобы с ней хотя бы поговорили. Порой пара сказанных в нужное время и в нужном месте слов способна предотвратить очень много проблем. Особенно, — подмигиваю, — если в разговоре ты упомянешь платья мистральских горничных.
— … Какое отношение Илия имеет к мистральским горничным? — взяв новую высоту подозрений, сквозящих в прищуре, осведомилась Блейк.
— Это тебе и предстоит выяснить, Котёнок! — я рассмеялся, видя это полное негодования и возмущения личико. — Но это будет не сегодня. А сейчас позволь доставить тебя до опочивальни.
— Опять на угнанном буллхеде?
— Нет, я просто договорился с одним биконским пилотом о небольшом одолжении.
— … — она только покачала головой, но всё-таки мне удалось сгладить тот неприятный осадок, что начал было образовываться из-за минувшего разговора.
Полёт прошел в молчании, пусть мы и сидели в пассажирском отсеке, но всё-таки тут уже наличествовали лишние уши, а подобное не сильно способствовало словоохотливости у Блейк. Зато по приземлении я смог вволю обнять это ушастое чудо и получить заслуженный поцелуй в губы. Ням…
— Спасибо за чудесный вечер, Котёнок.
— Мне тоже очень понравилось… и… я буду ждать тех твоих объяснений… а потом мы вернёмся к неоконченному разговору.
— Ох, молю, не испытывай мою силу воли на прочность, я и так держусь на одном упрямстве, — в ответ она довольно рассмеялась и, чмокнув меня ещё раз на прощание, удалилась в сторону общежитий, покачивая бедрами.
— Да-а-а, друг, шикарная девчонка! — встретил меня весёлый голос знакомого пилота, стоило только войти в салон. — Ради такой и вправду не жаль расстаться с ящиком мистральского виски.
— А то, — изобразил я довольную ухмылку, хотя на душе не то чтобы кошки скребли, но и привычной лёгкости и комфорта я не ощущал. — Ещё раз спасибо, ящик отдам завтра, как закончу смену.
— Обращайся! А если познакомишь с какой-нибудь из её подружек, то с меня три ответных!
