-- Представляете, ванты у парусных кораблей? -- Хиарра оглядела нас, мы покивали. -- Вот похоже на них, только ячейки не квадратные, а шестиугольные. И иногда затянуты плёнкой, такой как у молодых маслят под шляпкой.
-- Чем дальше, тем всё проще верить в судьбу, -- снова заговорил Джон. -- Мы ж их видели, Ригхас. Помнишь?
-- Не помню. Где?
-- В сидячей камере, где вместо обещанных старым маньяком кошмаров во сне ты получил, как я понимаю, очередное видение Лабиринта, и я с тобой за компанию.
-- Тогда мы должны его найти и уничтожить! -- заявила Хиарра вскакивая. -- Поскольку я спровоцировала всплеск раньше времени, через несколько лет может проявиться остаточный эффект.
-- Так, а я про что? -- Джон тоже встал. -- Что там проявится -- дело десятое. Я больше не собираюсь жить под одним небом с грибом-лазутчиком.
-- Этот мир слишком мал для вас двоих? -- передразнил его Крихон.
-- Именно так!
Мы быстро дожевали остатки обеда и вышли на улицу.
-- Возвращаемся в Лекрейм, правильно я понимаю? -- уточнил наш проводник, я кивнул. -- А что тебе перепало от Неявного Лабиринта, Джон?
-- Хренотень какая-то. Некий юный поехавший романтик заливал тоску бухлом, потом то ли просто погрузился в свои фантазии, то ли взаправду убыл в астрал. Там, в нематериальной обстановке, поцапался с неким духом, разросшимся на весь мир.
-- Увы, не фантазия. Продолжение его пути мне тоже было показано. Правда, как он умер я увидел не сам, а узнал от Хиарры. Дело этим не закончилось, он стал ангелом-хранителем, но и в этой роли у него было всё не как у людей, хотя конечно и обстоятельства не располагали. Говоря прямо и не вдаваясь в подробности, он испортил жизнь девушке, в которую был влюблен при жизни и которую пытался оберегать после, потом у него и вовсе съехала крыша и он её собственноручно убил.
-- Это конец? А что стало с ним самим? -- уточнил Крихон.
-- Этого я, к сожалению, не знаю. А может и к счастью. Но вообще это единственное, что я мне было показано Лабиринтом, но даже косвенно не связано с моим положением.
-- Возможно, изначально нас нагружали всем подряд, а потом, когда мы перешли к фазе осмысленных действий, куда-то свернули, что-то оказалось лишним. -- Предположила Хиарра.
-- Либо всё впереди, -- продолжил я. -- Но надеюсь, если какие-то последствия для нас и будут, то с ним самим мы всё-таки не встретимся?
-- Думаешь, он может быть опасен? -- поинтересовалась Хиарра.
-- Не знаю представляет ли он угрозу для посторонних, но мне он просто дико неприятен. Я не знаю, как он оказался в ситуации, в которой мы с Джоном его застали. Всё, что он делал потом с натяжкой можно списать на обстоятельства. Но убийство человека, в котором для тебя сконцентрирован смысл жизни, это что-то за гранью. Я сам не ангел, но не понимаю, как можно сломаться настолько.
-- Строго говоря, бывают ситуации, когда отдельной жизнью пренебречь можно и нужно, -- возразил майор Ламбер.
-- Не буду спорить, но это был не тот случай.
-- А чьими глазами ты видел эту историю? -- продолжал уточнять детали Странник.
-- Игоря, в смысле вот этого человека, -- я пожал плечами. Мне это казалось очевидным.
-- При этом ты не понял того, что происходило у него в голове?
-- Скажем так, логика событий мне понятна, но по-человечески я не могу с ним согласиться. Мне кажется, всегда можно сохранить что-то за душой.
-- Да, я не про твои оценки, меня техническая сторона вопроса интересует.
Мне оставалось только развести руками.
Тем временем мы вошли в замок. Спускаясь в подземелье для заключенных, я ощутил дрожь в коленях, хотя то, что там происходило, прочувствовал в куда меньшей степени, чем сам Джон. Он при этом не подавал никаких признаков волнения. Мы нашли коридор с заниженными камерами, в камере, где довелось посидеть никаких следов гриба не обнаружилось, а вот легкий запах я уловил. Джон успел взять где-то ключи и стал открывать остальные двери. Вскоре в одной из них мы всё-таки нашли те самые ленточки, в соседней камере их было ещё больше, и на этом всё, в остальных камерах не было ничего. Пока мы разглядывали следы странной формы жизни и чесали головы, Крихон молча удалился и вернулся с кувалдой, попросил разойтись и, не примериваясь ударил в дальнюю стену камеры. Один из камней провалился внутрь, я попробовал посветить туда, но всё равно ничего не увидел из-за пыли. Крихон без раздумий полез в камеру.
-- Ага, и правда гриб-лазутчик, -- прокряхтел он. -- Стой гад!
Удивлявший меня всё больше старик, отвернув лицо, сунул руку в образовавшееся отверстие. В проломе полыхнуло пламя, меня обдало теплом и зловонным дымом.
-- Дело сделано, -- констатировал Странник. -- Можем идти.
-- Сможешь доставить нас сразу к Её Превосходительству?
-- Конечно.
-- А мы спешим? -- вдруг спросила Хиарра. -- Мне бы всё-таки переодеться, а то сапог немного трёт. Я к себе домой сбегаю и вернусь, хорошо? Что такое, Ригхас?
-- У меня не было времени похоронить Соломона, -- нехотя признался я.
-- И всё? -- на всякий случай уточнила она.
-- Ещё тумана не стало.
