Что он этим хотел сказать, я не знаю, но примерно вот так болтая, мы приехали в кино. Естественно сидели на последнем ряду в кресле для двоих. Низ живота тут же возликовал, губы закололо. Я представила себе, как мы будем сейчас целоваться, и плевать на фильм.
И что вы думаете? Он сел и стал смотреть кино! Капец! Это что за фигня-то? Я сидела и бесилась, сама не лезла к нему из принципа. Когда прошло около часа, он осторожно взял меня за руку, и это стало последней каплей.
— Горев, — прошипела я ему в ухо, — может ты меня поцелуешь, а?
— Не могу… у нас с тобой начало отношений. Я не могу быть слишком настойчивым, а то испугаю тебя, понимаешь?
— Иди ты в ж…у, если ты меня не поцелуешь сейчас, я сама тебя испугаю! — гаркнула я. В это время, как назло, в зале стало тихо. Уроды, то все так грохочет, что голова болит, то все стихло, как на рассвете в поле. Все стали оборачиваться, чтоб посмотреть на маньячку с заднего ряда. Я готова была провалиться сквозь землю. Демонстративно водрузив на колени ведро попкорна, я стала его интенсивно поглощать. Горев ржал вовсю. Вернее смеялся он тихо, но плечи просто ходуном ходили. А я бесилась. Как только ковбой мочканул пришельцев, я подскочила и побежала вниз по ступеням. А свет-то еще не включили, в зале было темно. На одной ступеньке неоновая подсветка не горела, ну мало ли почему? В России это нормально. Короче, я уже начала лететь лицом вниз, ж…й кверху, как Горев сзади поймал меня сначала за платье, а потом за талию. Притянул к себе:
— Все хорошо? Вроде как у меня зрение плохое…
Мы стали спускаться дальше.
— Горев, я просто в бешенстве, честно! Не доводи меня лучше.
— Хорошо… — мы вышли из кинозала, — что улучшит тебе настроение, кисуля?
— Унитаз.
— Что?!
— Писать я хочу.
— А, ну так пошли.
Он проводил меня в сторону туалета, где я благополучно сделала свои дела, слегка умылась холодной водичкой. Лицо просто горело от воспоминаний про вопль на весь зал. Пока умывалась, думала: ну, уже закончился маскарад про первое свидание? Может он станет обычным и поцелует меня, а еще лучше утащит в свою квартиру? Я вышла к нему:
— Куда сейчас, — напрямую спросила я.
— Домой.
— К тебе?
— В смысле? — он округлили свои красивые глаза. — Я тебя отвезу домой. Родители ведь еще не привыкли к тому, что мы встречаемся… Лучше привезти тебя пораньше…
— Горев, время десять вечера!!! Может, хотя бы до одиннадцати побудем вместе?
— Ну… если ты так хочешь, лапуля…
— ААААА! — я топнула ногой. — Вези меня домой, на фиг… Надоел…
Всю дорогу домой я молчала. Он лыбился. Чудовище. Тоже мне, весело ему. Дурак. В подъезде поплелся за мной, чтоб проводить, а то, видите ли, даму одну нельзя отпускать в полуосвещенный подъезд. На пролете между вторым и третьим этажами, он позвал меня:
— Рита.
Я обернулась. Удивлению не было предела. А где же слащавый голос с лапулей?
— Иди ко мне.
Он стоял на ступень ниже, но все равно был выше меня. Я потянулась к нему, как странник в пустыне к воде, как муха на мед, как алкаш к водке… Короче, я поверить не могла, что могу поцеловать его нормально. Целовались мы, как чокнутые. Он прижал меня к стене.
— Горев, — прошептала я, — ну, ты нашел место… тут же бабуси все… и родителя наверняка видели, что мы зашли в подъезд… Они ж ведут наблюдение из окон…
— Я специально, чтобы не было соблазна…
— Какого?
— Увезти тебя к себе, или просто отъехать в темный закуток…
— Андрей, давай отъедем, а? Пожалуйста, ну, пожалуйста!!! Я поняла, что нам поздно играть в свидания, правда!
Он продолжал целовать меню в шею.
— Андрей, а ну поехали! — пропыхтела я и топнула ногой.
Он рассмеялся. Взял меня за руку и… повел к моей квартире. ОЧУМЕТЬ…
— Андрей!
Он молча позвонил в дверь, папа тут же ее открыл, караулил что ли?
— Добрый вечер! — торжественно произнес Андрей. — Передаю, так сказать, из рук в руки!
Папа просто расцвел. Еще бы. Зато я повяла, как майская роза. Андрей демонстративно чмокнул меня в щечку. Я, унылая, прошла в комнату. Мама пыталась выудить из меня подробности свидания.
— Ма, да он такой… правильный, аж бесит. Хоть бы поцеловал! — маме ведь не надо знать, КАК целовал меня Андрей в подъезде и что он ВООБЩЕ ЦЕЛОВАЛ.
Мама рассмеялась:
— Дочка, ну это же хорошо. Какой молодец! Тебе бабушка звонила, про должок напоминала. Вы опять спорили что ли?
— Нет, ма… Я просто пообещала ей кое-что… Завтра к ней поеду.
— Ладно, мы с папой спать пошли, утром на работу.
— Ага, — я поцеловала маму и пошла в душ. Настроение был ни к черту. Лучше б этот гаденыш так и вел игру в котика, не нужно было целовать меня в подъезде. Как я теперь усну?
Зазвонил мобильник, сердце екнуло, когда я услышала знакомую песню.
— Да!.. Лапусик…
— Рит… ты злишься? — спросил он своим… моим любимым голосом. Обалдеть! Уже любимым! С ума схожу…
— Горев, не хочу больше этих розовых соплей… мне даже конфеты не в радость, хоть я и сточила их все…
Он смеялся.
— Больше не буду. Тем более, завтра у нас новая стадия отношений!
— Боже… что еще?
— Завтра узнаешь! И ты не забудь одноклассникам напомнить о встрече. В субботу.
— Точно! Ну, скажи что за стадия новая?
