— Она обещала устроить неприятности той, с которой Вы решите встречаться.
— Когда она такое говорила?
— Да, какая разница, Вы только Ксюшу в покое оставьте, не хочу, чтоб у неё проблемы были.
Прячу руки в карманах, так хочется встряхнуть её. Неужели, она не замечает, что со мной происходит? Что меня, как наркомана, ведёт от неё. Она всего лишь переживает за сестру. Ей всё равно!!!
Лина аккуратно, чтобы не размазывать тушь, вытирает слёзы, и выходит из кабинета. Я опять падаю на диван. Зарываюсь пальцами в волосы и стону от тупой боли, что наполняет грудную клетку. И только потом мне приходит на ум вопрос. Откуда она узнала про сестру?
Явно ведь, не Ксюша ей рассказала. Олег, понимаю я. Мелкий ублюдок. Пакостит за спиной. Одно непонятно, с какой целью? Или… чувствует во мне конкурента? Так может, не всё так хорошо в "Датском королевстве"?
Это мысль заставляет вскочить с места. Я начинаю мерить шагами кабинет. Мысли несутся, как те скакуны у Газманова. Не успеваю их оформить, собрать воедино. Но чётко понимаю, чувствую, шанс есть. Совсем маленький, крошечный, но он есть.
ЛИНА
Дорабатываю кое-как. Состояние нехорошее. Веню ли я Давида Всеволодовича? Нет. Я слишком хорошо знаю Ксюшу. А вот выдержу ли я до завтра, чтобы выяснить всё?
Когда уходила с работы, я видела на стоянке Олега, он проводил меня взглядом, но хорошо, что не подошёл. Я была не готова с ним разговаривать. Я не знаю, какого эффекта он хотел добиться. Зачем вообще всё это затеял? Он придумал себе то, чего нет и повёл себя как-то очень странно. Я не ожидала от него подобного, а то, что все эти прикосновения были показными и продуманными, стало неприятно. Неужели, всё это было нельзя делать для меня, а не для Давида Всеволодовича. Все эти мысли заставили меня впасть в какое-то нервное состояние, даже Тигрёнок это заметил.
Вечером позвонила маме, предупредила, что мы приедем завтра.
— Мой Тигр! — встретила нас Ксюша, подхватывая на руки и целуя смеющегося от щекотки сына.
Прежде чем нападать на Ксюшу, мне было необходимо выяснить, что на самом деле в её голове. Она была взбалмошна и избалована, а уж если придумает что-нибудь, свернуть её с намеченного пути сложно. И разумные доводы не всегда помогают. Но, главное, чтобы этот разговор прошёл без свидетелей. Как бы там ни было, я бы не хотела, чтобы родители знали о косяках младшей дочери. Я выгораживала её не раз, ещё со школы.
— Мама, ты не против, если мы с Ксю сходим, посидим где-нибудь?
— Нет, конечно, идите. Мы тут найдём, чем заняться. Так? — спрашивает она Тигрёнка.
— Так, — кивает он. — Будем смотреть кино, про нинопланетян.
— Про нинопланетян? — смеётся мама. — Ну, что ж, будем смотреть про них.
Мы с Ксюшей пришли в кафе, заняли столик в углу. К моему счастью, Ксюша не подозревала причины похода в кафе.
— Ну, что сестричка, гульнём? — весело предложила она, открывая папку с меню.
— А то!
Мы сделали заказ и даже заказали по бокалу мартини. Я начала издалека, расспросила про учёбу, о её друзьях, а затем и задала волнующий меня вопрос.
— Как там твой объект обожания?
— Нормально, — отмахнулась она.
— В прошлый раз ты была более вдохновлённой.
— Мы немного не сошлись во мнениях, это поправимо.
— То есть, менять объект ты не планируешь?
— Нет, он меня устраивает.
— Имя не скажешь? Как-то неловко называть его "объектом", — сестра ехидно улыбнулась.
— Не скажу, — нам приносят заказ.
— Спасибо, — говорю симпатичному официанту, и возвращаю своё внимание сестре.
— Ксю, ты же знаешь, я всегда была на твоей стороне.
— Ты это к чему?
— К тому, что твоё увлечение моим шефом — абсурдно, — она замирает, так и не донеся вилку до рта.
— Почему абсурдно? — берёт она себя в руки.
— Помимо очевидных вещей? — усмехаясь я. — Я не хочу тебе неприятностей.
— Ой, — взбрыкнула она. Правда, нахождение в общественном месте не позволило ей дать волю эмоциям. — Ты, прям, сейчас за меня волнуешься? Так, не беспокойся, я знаю поро контрацепцию больше чем ты.
— А вот это низко.
— Прости, я Тигрёнка очень люблю, ты же знаешь, — тут же ретируется она.
— Я боюсь, не того, что ты залетишь. А того, что о тебе узнает Ева. И тогда неприятности тебе будут обеспечены. Она его просто так не отпустит.
— То есть, тебя только это волнует? Ты и правда обо мне беспокоишься?
— Нет, блин, забочусь о спокойной жизни Евы.
— А я думала шефа себе прикарманить хочешь. Он, кстати, огонь.
— Знаю, — буркнула я.
— Что?! — воскликнула сестра, на нас даже обернулись. — Так ты… вы… — зашептала не в силах подобрать слова от эмоций.
— Это было давно, случайно и на пьяную голову. Его пьяную голову, как ты понимаешь.
— И что? — её глаза загорелись живым интересом.
— И ничего, не о чем говорить.
— Нет, нет, нет. Я хочу подробности.
— Ксюша, не будет подробностей. Он был пьян, и ничего не помнит. И вообще, влюблённая ты моя, а как же ревность и выдёргивание волос?
— Да, ладно, — отмахивается она, — в этом вся Ксюша. — Он меня прогнал. Я же не на помойке себя нашла, чтобы за ним бегать. Я хочу, чтобы это меня добивались, — выдохнула Ксю.
— Так, ты точно больше к нему не пойдёшь?