— Ева, — Хельга обнимает меня и начинает гладить по спине.
— Я все равно его люблю, — признаюсь сквозь слезы. — Он все равно не будет принадлежать только ей. У нас сын, Хельга, он не может нас бросить, не может.
Хельга молчала, просто гладила меня и давала возможность высказать и выплакать все, что меня душило. Она пробыла у меня почти весь день, так как завтра они уже улетали. От Хельги я узнала, что Давид со своей новой семьёй улетает на неделю в Ереван. Почему туда, она не знала, я так думаю, возможно к родственникам по материнской линии.
Ну, что ж сынок, нам остаётся только ждать. Когда ты родишься все будет по-другому.
ЛИНА
С Маисом мы встретились в аэропорту. Почти все время, пока мы ждали, он провел с Тиграном. А тот и рад стараться, раз ему столько внимания. Давид только сжимал мои пальцы каждый раз, замечая, с какой грустью я смотрю на Маиса с сыном.
— Мы ведь правильно поступаем? — спрашиваю я.
— Когда он вырастет, ты сможешь ему рассказать. А сейчас, я уверен, что мы все делаем правильно. Да, и неизвестно, это он сейчас на эмоциях весь такой, а потом может снова исчезнет, и что объяснять потом Тигру, куда он делся?
— Наверное, ты прав.
— Я прав, — улыбаюсь, всё же это так замечательно, иметь человека, на которого можно положиться, которому можно довериться. Который скажет, я прав, и ты ему веришь.
В Ереване мы разъехались в разные стороны. Мы поехали к родной сестре Анаит Вардановны и договорились с Маисом встретиться завтра.
Встречали нас как самых дорогих гостей, стол накрыли как на свадьбу, правда, потом оказалось, это и была свадьба. Дубль два, с армянскими родственниками. В этот раз гостей было больше, здесь, кроме родни, были ещё друзья и соседи. Мне было сложно, язык я не понимала, а хозяева об этом постоянно забывали. Самое важное переводил Давид, остальное превратилось в гул голосов. Спать мы ложились за полночь, я жутко устала. Вот уж никак не ожидала, что попаду с корабля на бал, в нашем случае, с самолёта на собственную свадьбу.
— Устала?
— Не то слово, — опускаюсь на кровать. — Я думала, это никогда не закончится.
— Представь, что было бы, разреши я маме устроить свадьбу, так, как хотела она. Я думаю, мы бы до сих пор за столами сидели.
Утром созванившись с Маисом, мы собрались навестить его отца. Брат Давида согласился быть нашим водителем, так что мы без проблем добрались по указанному адресу в назначенное время.
Сказать, что я волновалась, это ничего не сказать. Встреча с несостоявшимися родственниками вводила меня в ступор, ужас и вообще, мне кажется, я скоро в обморок рухну.
Мы подъехали к дому, окруженному высоким забором. Ворота открылись сразу же, нас здесь явно ждали.
— Успокойся, я с тобой, — сжимая мои пальцы, шепчет Давид, я лишь молча киваю. И мы выходим из машины.
— Барев, дядя Маис, — первым поздоровался Тигран, чем вызвал улыбку Маиса.
— Барев, Тигр, рад видеть тебя в гостях. Здравствуйте, проходите, — это уже нам.
Большой дом, встретил нас тишиной, здесь не было той живой атмосферы, что царила в доме родственников Давида. На встречу вышла женщина лет пятидесяти, может немного старше.
— Здравствуйте, — с акцентом, но по-русски обратилась она. Ее взгляд сразу же перешёл на Маиса, который держал за руку Тиграна.
— Мама, познакомься, это Ангелина, ее муж Давид и Тигран, — на имени сына голос дрогнул.
— Барев, — тут же поздоровался он. Женщина присела на корточки и, улыбнувшись Тигренку, сказала.
— Я очень рада с тобой познакомиться, меня зовут Ерануш, или можешь называть меня просто бабушка, — Тигренок кивнул, и женщина перевела своё внимание на нас. — Проходите, обед скоро будет готов.
Очень хотелось сказать, что мы не обедать приехали, и вообще хочется поскорее отсюда уйти, но я лишь вежливо улыбаюсь. Нас провели в гостиную, где на диване сидела худенькая молодая женщина. Стоило нам зайти, она встала.
— Это Лилиана, моя жена, — представил ее Маис, а потом представил ей нас.
Лилиана оказалась красивой, с копной темных, слегка вьющихся волос, и большими, очень грустными, глазами. Она поздоровалась по-армянски, а затем все ее внимание перешло к Тиграну, который по-прежнему держал за руку своего отца.
— Извините, — с акцентом, и она выходит из комнаты.
— Подожди, малыш, — говорит Маис Тигренку и спешит за женой.
Чувствую себя неуютно. И, если бы не Давид, наверное, развернулась бы и ушла.
— Не обижайтесь на неё, — говорит Ерануш. — Она очень переживает, что не сможет родить ребенка.
В комнате, наступила гнетущая тишина. Которую нарушил появившийся мужчина. Очень худой, но видно, что когда-то он был красивым, даже сейчас он держал ровно спину, а смотрел на всех с каким-то превосходством.
— Амаяк, — обратилась к нему женщина. — Познакомься с нашими гостями, — мужчина тяжело опустился в кресло. А мама Маиса нас представила. Ожидаемо, все его внимание было направлено на Тигренка.
— Подойди ко мне, малыш, — попросил он, Тигран несмело подошёл, прежде получив от меня кивок. — Ну, здравствуй, — он протянул руку Тиграну.
— Барев, — ответил он, и мужчина улыбнулся.