– Справишься? – спросил Мир.
– Да конечно, будь начеку, киборгов смотри!
Мир поднялся наверх и, держа автомат наготове, стал наблюдать за обстановкой. Появившаяся в небе жужжа, немного зависнув над их двором, полетела дальше. Мир проводил её взглядом, не зная, как на это реагировать.
– Какой же мразью конченой надо быть, чтобы до такого додуматься! Нелюди! – ворчал «Кубик-рубик», пытаясь разобраться в минах, густо установленных на спуске в подвал и в дверях.
– Эти изверги сюда в подвал закатили бочку с горючим! – сообщила одна из пленниц, одновременно успокаивая тихо плакавшего рядом ребёнка: – Всё будет хорошо, зайчонок!
– Будь осторожен, сынок, спасибо тебе, береги тебя бог! – послышался голос женщины постарше, похоже, старушки, обращённый к «Кубику-рубику».
Ещё одна женщина спросила:
– Как звать-то тебя, сынок?
– «Кубик-рубик». Ой, нет, не так! – Последовала пауза, как будто боец забыл своё настоящее имя. Наконец он продолжил: – Имя моё Феликс! Оно означает удачу! Так что всё будет хорошо!
– Феликс, – тихо произнёс Мир, снова оказавшийся рядом, и посмотрел на товарища. Да он и сам бы сейчас не вспомнил его подлинное имя: война стирала всё настоящее, оставляя лишь позывные.
– Необычное имя! Молю бога за тебя! Береги себя, будь осторожен! – ответила женщина.
– Буду, буду осторожен, добрые люди. Мы вас обязательно освободим! – подбадривал пленников Феликс. – Надо же так хитро сделать, ещё все меж собой соединены: взорвётся одна – и капут всему! – размышлял он вслух.
– Феликс, может, не будем, сапёра дождёмся? – встревожился Мир. Наверху пули так и свистели, шальным рикошетом залетая во двор. Стрелковый бой в посёлке усиливался. Были слышны разрывы гранат и снарядов гранатомётов.
– Не дрейфь, Мир, сами с усами. Справимся… – И как только он это произнёс, тут же что-то щёлкнуло. Раздался мощнейший взрыв. Мира взрывной волной занесло в сарай, хлипкая стенка которого не выдержала и рухнула. «Кубика-рубика» ошмётком выкинуло в центр двора. Охваченный огнём подвал стал подобен огненной геенне. Дом, сложившийся после взрыва, как карточный домик, своими обломками завалил то место, где только что находились люди в ожидании помощи.
Мир быстро пришёл в себя. Болели бока. Выбравшись из-под досок развалившегося сарая, он подошёл к «Кубику-рубику», вернее, к тому, что от него осталось. А это был окровавленный обрубок тела с одной рукой. Кровь шла и изо рта, которым Феликс пытался что-то сказать. Мир взял его за руку и посмотрел в глаза, взгляд которых с каждым мгновением становился всё более потухшим. Феликс так и не смог ничего произнести и лишь пускал кровавые пузыри. Наконец всё было кончено. Миру оставалось только закрыть погибшему товарищу глаза. Посмотрев в сторону подвала, заваленного обломками дома, он подумал: «Надеюсь, они ушли на тот свет быстро».
Вблизи соседнего дома мелькнул киборг, пытавшийся укрыться.
– Сука, мразь, сдохни!
Мир вскинул автомат и начал вести прицельный огонь по тому месту, где видел врага, затем побежал за ним. Киборг скрылся в доме.
– Мир, пригнись! – раздался голос бойца, преследовавшего этого же киборга. В сторону дома полетела кинутая им граната. Мир присел. Граната, разбив стекло, влетела внутрь и взорвалась.
– Я проверю! – крикнул бойцу Мир, забегая в дом. Метнувший гранату стал обходить дом с другой стороны.
Ворвавшись внутрь, Мир первым делом увидел на полу убитого киборга. Дом был скромным: две комнаты, кухня с немудрёной утварью и зал с мебелью, развороченной взрывом. Больше он никого не обнаружил. В центре зала на полу выделялась большая квадратная дверь с железным кольцом, ведущая, видимо, в подпол.
Снаружи свистели пули, раздавались разрывы. Послышался лязг гусениц.
– Танк, киборгов танк! Братья, в укрытие! – прокричал кто-то с улицы.
Мир увидел в окно вражеский танк. Тот, проломив стенки двух рядом стоящих домов, остановился на расстоянии примерно двухсот метров от окна, за которым замер боец, и направил в его сторону дуло. Единственное, что успел сделать Мир, – это пригнуться. Последовал залп. Дом разнесло в щепки. Пол под ногами Мира рассыпался в труху, унося за собой бойца. Внизу Мир увидел мёртвые, со следами пыток тела мужчин, полуголых женщин и детей. Неужели это ад? Это было всё, что успел подумать теряющий сознание Мир. Отключившись, он упал прямо на эти тела. Дальше были только мрак и тишина.