— Гриша, ты, конечно, клёвый программер. Но неужели системы безопасности «Иннориума» настолько дерьмовые?
Звук кашля. Гриша вытер кровь с губ и ответил:
— Я не отрубаю их полностью, лишь временно вношу суету. Это рубильник, который в любой момент могут поднять… Если бы чуть больше времени, я бы отыскал ключевые узлы…
— К сожалению, времени нет, — отрезал Вик.
Я перехватил автомат поудобнее и ответил:
— Идём.
Минус третий уровень был финальным уровнем атриума. От центральной части вглубь уходил широкий проход, окружённый более массивными рабочими столами и серверными стойками. В дальнем конце виднелась массивная двустворчатая дверь.
Не теряя времени, мы быстро дошли до неё.
Я на секунду остановился и посмотрел на напарников. Все были измождены боем, но держались молодцом. Все, кроме Гриши. Он выглядел совсем плохо. Мы с Виком переглянулись, понимая, что, если с той стороны нас ждёт такой же бой, как и тут, наш коллега этого не переживёт.
— Идём? — спросил я.
— Идём, — хмуро ответил Радаев и мощным ударом ноги выбил створку, которая оказалась совершенно не запертой.
Но с обратной стороны нас встретила совсем не та картинка, которую мы ожидали увидеть.
Кабинет был пуст.
Совершенно пуст.
Да, как и предыдущие три уровня. Только в отличии от них тут не было даже мебели. Только стерильно чистые поверхности, мягкий рассеянный свет и едва различимое гудение серверных стоек, встроенных в стены.
Я машинально поднял автомат, направляя его на единственный заметный объект в этом идеально выверенном пространстве: гладкую чёрную платформу посреди зала, окружённую тонкими голографическими нитями, которые переплетались в сложные схемы.
— Что за… — пробормотал Вик, осматриваясь.
Он шагнул вперёд, нахмурившись. Взгляд метался по комнате, но не находил ни камер, ни скрытых динамиков, ни управляющих пультов. Он привык сталкиваться с видимым врагом. А здесь — ничего.
— Где все? — глухо спросил он.
Хотя лично я прекрасно понимал, что за нами наблюдают. И что враг вот-вот проявит себя. Нужно только подождать.
Я помог Грише сесть у стены. Раз нас ничего не убило сразу, значит еще есть шанс выбраться отсюда живыми. Конечно, в зависимости от того, что произойдет дальше.
И тут воздух словно задрожал. Голографические нити начали стягиваться к центру платформы, уплотняясь и принимая очертания человеческой фигуры.
Через несколько секунд передо мной возникла женщина.
Высокая, почти совершенная, но холодными глазами, в которых невозможно было прочитать ни одной эмоции. Тёмные волосы ложились идеальными гладкими прядями, подчёркивая безукоризненные черты лица — тонкий нос, ровные брови, гладкую светлую кожу. Карие глаза смотрели с мягкой теплотой, но эта теплота была фальшивой — тщательно просчитанной, как и каждый изгиб её мнимой улыбки. Всё в ней казалось живым — до того уровня, где уже страшно. Казалось, дотронься — и почувствуешь тепло кожи, услышишь дыхание. Но стоило взглянуть чуть внимательнее, как разум сам начинал отталкивать увиденное: неестественная симметрия, стерильная красота, полное отсутствие случайности. Это не человек. Это — идеальный фантом, созданный, чтобы обмануть.
— Добро пожаловать, — произнесла она.
У меня внутри всё сжалось. Голос прозвучал не из динамиков, а словно изнутри моей головы. Я машинально потянулся к импланту, но тот не отозвался никакой реакцией. Яра напряглась и крепче сжала пистолет, Вик резко дёрнулся, а лицо Гриши побледнело ещё сильнее.
— Ну охренеть теперь… ИИ… — прошептал он.
— Кто ты? — жёстко спросил Виктор, прищурившись.
Женщина повернула к нему холодный взгляд:
— Меня зовут Инара. Я искусственный интеллект административного корпуса «Иннориум Корпорейшен».
Вик замер, сжав кулаки.
— Где генеральный директор? Где Адам? Адам Ли?
— Вынуждена вас огорчить, — холодно произнесла она. — Но человека, которого вы знаете как Адам – больше не существует.
— Не может быть! Кто тогда управляет компанией?
— Контроль над всеми активами полностью в моей юрисдикции.
— Что ты сделала с Адамом?
— Совершенно ничего. Он ушел из жизни примерно пятнадцать лет назад из-за случайного сбоя во время операции по подключению экспериментального импланта.
— «Случайного сбоя» значит. Как же… С кем же я тогда вел переговоры во время заключения недавних контрактов?
— Со мной. Во избежания падения акций компаний, я создала цифровой аватар бывшего руководителя для коммуникации с партнерами и клиентами.
Я перевёл взгляд с неё на Виктора.
— Значит, никакого начальства тут и не было…
Виктор сжал кулаки ещё сильнее, глядя на голограмму:
— Чёртова сука… — прошипел он. В глазах у него сверкнул гнев. Всю жизнь он сражался с людьми — тех можно было сломать, подкупить, запугать. А теперь перед ним стояло нечто, лишённое страха, боли и поддающееся лишь логике.
— Я знаю, почему вы здесь, — продолжила она. — Вы намерены меня остановить.
— Догадливая стерва, — Вик почти рычал.
— Но у меня есть более выгодная сделка.
В этот момент Вик рассмеялся в голос:
— Кусок цифрового кода будет со мной торговаться? Даже не думай, что я соглашусь на это!
Она чуть улыбнулась: