Мир захватили корпорации и монополии. Они не дают вздохнуть полной грудью обычному человеку. Завышают цены на необходимые товары, заставляя людей выживать на улицах. Единственным плюсом в этой ситуации является развитие технологий семимильными шагами. И в этом жестоком мире нашлось место человеку, который захотел изменить привычный уклад. Николас работал в своей маленькой квартирке над нейротоксином, которые у него покупали на заказ. И в тот вечер ему нанесли визит бандиты, которым он перешел дорогу, а затем и работники корпорации, предлагающие работать на них. Николас, который ненавидит корпорации отказывается, и за это на него открывается охота, которая вынуждает бежать на социальное дно.
Вся эта история началась, когда от меня вышел очередной довольный клиент. В тот вечер я больше никого не ждал, и поэтому принялся за уборку рабочего места. Мое ремесло заключалось в приготовлении нейротоксинов. Нет, я не был специалистом по убийству людей. Я просто хорошо делал свою работу. Заказчики у меня были разные. Кто-то приходил за тем, чтобы я приготовил вещество, блокирующее работу рецепторов на определенное время. Таким способом я отключал импланты, которые заказчик хотел снять. Многие ставили себе хром, едва получали разрешение, а потом об этом жалели. Конечно же, любую модификацию можно было удалить и без отключения ее от нервов, но это сразу же поставило бы крест на дальнейших модификациях в этой области тела. Одно дело подсоединить нервные окончания к железу, а совсем другое – безболезненно их отключить. К сожалению, этому хирурги еще не научились. Я слышал о том, что научно-технический центр АО “ЗАСЛОН” разрабатывает устройство, позволяющее работать с нервами точнее и безопаснее. С помощью него люди смогут безболезненно и без повреждений нервов удалять импланты, что может лишить меня значительной части заработка. Но я думаю, что до этого еще довольно далеко. Такая революция в нейроинженерии не произойдет по щелчку пальцев. Но их работа все же заинтересовала меня, и я зашел на их сайт, в поисках каких-то еще интересных разработок. Там числился переносной ультразвуковой сканер, улучшенной версией которого сейчас пользуется почти каждый выездной медик. Медицинское оборудование не было их единственной сферой деятельности, но больше всего меня интересовала именно она. Довольно много современных приборов разработали, и продолжают разрабатываться именно ими. После такого я невольно задумался, что произойдет с моим ремеслом, когда они совершат очередной прорыв. К сожалению, прогноз был неутешительным. Получив легальный способ избавляться от ненужных имплантов, люди перестанут обращаться ко мне за нейротоксинами. После запрета любых препаратов, хоть сколько-нибудь значимо воздействующих на нервную систему, моя деятельность стала нелегальной. И так далеко не каждый был готов прибегнуть к “теневому” способу замены имплантов. А после получения доступа к законному методу, я потеряю множество клиентов, если не всех.
Благо, в мой перечень услуг входил и другой вид применения нейротоксинов. При нужной дозировке они могут отключить нервы навсегда, без возможности восстановления. А если я немного изменю формулу, так и вообще сжечь всю нервную систему. Довольно мучительная смерть, которую можно списать и на неофициальное железо, перегрузившее мозг носителя. Поэтому популярностью я пользовался и у криминального мира, которому иногда требовалось устранять некоторых людей. Особой популярностью такой способ пользовался для тех, кто связывал свою жизнь с киберпространством. Выжги у них несколько нейронов и весь их талант пойдет коту под хвост.
Вот такие жестокие ребята из криминального подполья и заглянули ко мне, пока я прибирался после рабочего дня. Трое ребят в черных нейлоновых куртках зашли без стука. Все были как один: крепкие, плечистые, с коротким ершиком волос и абсолютно ничего не выражающими синтетическими глазами. Один из них направил на меня ствол новехонького пистолета и кивком указал на стул, выплюнув при этом изжеванную зубочистку. Мне пришлось поднять руки и повиноваться. С такими ребятами шутки были плохи.
Следующие долгие мгновенья я гадал, что могло им от меня понадобится? Не устроило качество нейротоксина? Я знал свою работу достаточно хорошо, чтобы ручаться за нее головой. Да и не вспоминалось, чтобы я продавал свой товар такой банде. Они хотели надавить на меня, чтобы я сварил им бесплатную дозу? Или просто взять под крышу? Слухи про мое ремесло разнеслись довольно быстро и я привык скрываться от корпораций и их гончих псов, которых за мной иногда отправляли. Но чтобы за мной пришли из подполья? Такое было впервые. Наконец, один из них подал голос.
– Ты, значит, варишь яды?
– В том числе. Мой товар можно использовать и как лекарство. В принципе, я могу приготовить любой нейротоксин, какой бы вам ни понадобился. И мне все равно, для чего он вам нужен. Мое дело выполнить заказ. А как вы будете использовать его, дело ваше. – Я старался ответить спокойным и даже слегка непринужденным голосом. Но думаю в тот момент по мне было видно, что я не на шутку перепугался.
– Как лекарство, значит, тоже можно? – С издевкой спросил говорящий со мной, подходя почти вплотную. Я почувствовал холодную сталь пистолета, который упирался в мой висок. Судя по всему, этот громила был главным из троицы. И пока он говорил со мной, остальные осматривали мое рабочее место.
– Я не волшебник. Не стоит ожидать от меня невозможного. Но если у кого-то из ваших проблемы с нервной системой, я мог бы…
