«И как ты себе это представляешь? Привет, как дела, помнишь меня, я тот парень, что учил тебя дрочить. Знаешь, я тут сопли по полу размазываю, не придешь, не подотрешь? Что я должен был написать? Ты, между прочим, и сам мог в любое время поинтересоваться, что со мной и где я».
«Правда мог?»
«А что, у тебя пальцы атрофировались?»
«Нет, я в том смысле, что мне можно тебе писать?»
«Не помню, чтобы запрещал тебе это».
«Это так, но я подумал, что возможно нельзя. Но если можно, это здорово!»
«Идиот».
На этом наш разговор закончился. Сперва я хотел продолжить заваливать Макса сообщениями, но затем придумал вариант получше. Я ведь был у Хаски в квартире. И пару раз тусовался у его дома. Вспомнить его местоположение труда бы мне не составило, я всегда хорошо ориентировался на местности и прекрасно запоминал расположение улиц. Значит, я мог прийти к нему. Навестить больного – чем не идея?! А еще знаете что! Сделаю ему торт! Понятное дело, он бы предпочел мясо, но… Но мне хотелось сделать ему что-нибудь сладкое.
С последней пары я успешно свинтил. Накупил муки, молока, кучу других ингредиентов для угощения и весь день провел у духовки, чувствуя необъяснимое воодушевление каждый раз, когда представлял лицо Макса при виде меня на его пороге. Надеюсь, он обрадуется. Ну, или хотя бы удивится. Главное, чтобы не разозлился. Нет-нет-нет, не может он разозлиться. Я ж с тортом! На людей с тортами не злятся!
Спрятав готовое произведение искусства в коробку из-под принтера – просто других коробок для этого я не нашел, а разрезать торт на куски не хотелось – я вышел из дома полный решимости и уверенности в себе. Стоит ли говорить, что за те сорок минут, пока я добирался до места назначения, я минимум дважды хотел вернуться домой. Но каждый раз неимоверным усилием воли заставлял себя двигаться дальше к назначенной цели.
Нашел я дом Макса без особого труда, дождался выходящих из его подъезда людей, дабы преодолеть домофон, со второй попытки вспомнил нужный этаж и уже добрался до двери необходимой мне квартиры, когда острый приступ паники накрыл меня уже в третий раз. Я не хотел быть навязчивым, не хотел надоесть ему. Но полностью игнорировать болезнь любимого человека не хотел еще сильнее. К тому же он сам сказал, что я могу ему писать. А там и до гостей не далеко. Верно я рассуждаю? Или нет? Перегибаю палку? Да еще и этот чертов торт притащил! О чем я вообще думаю?!
Дима, нажми на кнопку звонка.
Дима, нажимай!
Дима, будь мужиком!
Да какой я мужик, я притащил парню кремовый торт размером с галактику!
Нет, я мужик. И я нажму.
И я нажал.
Тихий звон, раздавшийся по ту сторону двери, заставил меня вздрогнуть. Затем до ушей моих донеслись голоса: Макса и чей-то еще. Женский.
Женский? Я был уверен, что он живет один.
Погодите-ка…
Макс распахнул дверь и недоуменно уставился на меня. Будучи по пояс голым, в одних лишь джинсах с расстёгнутой верхней пуговицей и с взъерошенными волосами, он не слишком походил на больного. Скорее на порно-звезду, только что отработавшую очередную сцену. Меня посетило нехорошее предчувствие.
- Ты че здесь делаешь? – Макс не выказал особенного счастья от моего присутствия.
- Да я вот… тут… принес тебе… - пробормотал я, протягивая коробку с тортом.
- На кой черт мне принтер?
- Да нет же. Там не принтер. Там это… Тортик.
- И нахер мне сдался твой торт?
- Ну… Я просто хотел сделать тебе… - я так и не договорил, заметив промелькнувшую за спиной Макса фигуру. Эта была девушка. В нижнем белье.
- Я это… пойду наверное, - выдохнул я, чувствуя, как сердце мое начинает выколачивать барабанную дробь. Руки мои затряслись так сильно, что я того и гляди выронил бы коробку с тортом, поэтому я быстро сунул ее ничего не понимающему Максу, поспешно пожелал ему скорейшего выздоровления и быстро ушел.
Сбежал.
Правда, недалеко. Вышел из подъезда, зашел за дом и обессиленно уселся прямо на асфальт. Благо уже темнело. Людей было не так уж и много, и никто не обращал внимания на глупого наивного болвана, давящегося собственными соплями. Хорошенько проревевшись примерно за полминуты, я утер слезы и неожиданно даже для себя ударил кулаком по асфальту:
- Твою мать, - я обычно не ругаюсь, но здесь слова сорвались с губ сами собой. – Твою мать, ну как так-то?! Как так?! – выдохнул я, не обращая внимания на недоуменные взгляды немногочисленных прохожих. – Твою-мать-твою-мать-твою-мать!!! - люди верно решили, что я сошел с ума. И я бы не стал их переубеждать. Они были правы. Я сошел с ума. С ума меня сводила любовь. С ума меня сводило предательство. И гнев. Гнев, который я никогда раньше не испытывал, сводил меня с ума больше всех.
- Нет, я так это не оставлю! – выдавил я, вскакивая на ноги. – Пойду и… И… И морду ему набью! – впервые я так жаждал расправы за измену.
- Хотелось бы мне на это посмотреть, - внезапный голос Макса за моей спиной заставил меня резко обернуться и мгновенно поумерить пыл в плане членовредительства. Хаски, все в тех же джинсах все с той же расстегнутой пуговицей и растрепанными волосами стоял, привалившись к углу дома и курил.
- И давно ты здесь?
