— Женщина, я заколебан, меня сейчас имеет сидящий внутри монстр; имеет собственное тело, уставшее шагать по раскаленной глине; имеет чертова жара; если еще и ты хочешь поиметь мой мозг тупыми разговорами, то приготовься поработать собственными ногами. Беня подернул листом, стараясь создать хоть малое подобие освежающего ветерка, но получилось крайне хреново. Он лишь разогнал поток горячего воздуха, что класть хотел на все мои сопротивления. — Хорошо, — девушка устало вздохнула. — Фут-фетиш, так фут-фетиш. Я знала, что ты… Но вместо окончания фразы ей пришлось вскрикнуть от боли. Всего-то и надо было расслабить плечо и позволить ее обленившейся тушке свалиться на раскаленную глину. Однако не прошло и пары секунд, как на моей спине заметно прибавилось груза. И несмотря на жару, в этот раз груз предпочел обвиться конечностями понадежнее. Настолько, что я даже не стал пробовать расцепить ее руки. Все равно силы не хватит.
Спотыкаясь, я выбежал из пещеры…
И никого не увидел.
В этот момент пустошь оправдывала свое название как никогда лучше. В ней не осталось ни людей, ни монстров, ни живых, ни мертвых. Одна лишь огромная, погоревшая под солнцем поросль Бени доказывала, что недавнее побоище не является моей глупой фантазией. И даже вид поверженного растения уже не вызывала ничего кроме разочарования.
Особенно учитывая огромные, четко пропечатанные в застывшей глине провалы, образованные сбежавшим гигантом.
Одно радует — его следы ведут точно в противоположную городу сторону. И судя по тому, что большинство иссушенных стеблей именно были переломлены, а не разорваны, тварь вырвалась далеко не в первый день после моего исчезновения.
Признаться, я даже испытываю… радость по этому поводу? Короткую, пронесшуюся мимолетной вспышкой в сознании, но все же радость. Потому как этот маленький факт доказывает, что все случившееся хоть и обернулось полнейшим провалом, но сделано было не зря. Русс, Грег, Марк, да даже тот хамоватый рукожоп смогли своего добиться. Они спасли людей, они победили…
Насколько случившуюся бойню вообще можно назвать победой…
Процветающий подземный город был похоронен под тоннами камня вместе со всеми его обитателями; целые племена серокожих громил, объединившиеся для выживания в битве с суровым врагом уничтожены, от их крепости не осталось даже обломков; люди, что жили в лесной глуши остались ни с чем посреди пустыни… поправка, остались они вовсе не с пустыми руками, но с грузом потерь и сожаления…
Превосходная победа, просто великолепная, достойная места на плахе…
Так чему же я радуюсь, глядя на эту зеленую точку близ заветного города…
Разве не очевидно? Пусть сейчас практически вся разведанная мной карта украшена зелеными точками, лишь две из них принадлежат людям. Первая — Мире, развалившейся в пещере за моей спиной, вторая же Леве… в очередной раз на лицо наползла улыбка. Парень все еще бродит по джунглям, однако за этот короткий промежуток времени стал заметно сильнее. Хороший повод для радости, но речь сейчас не о нем. Речь о той зеленой точке, что смогла сквозь пустошь добраться до города. Принадлежит она Бене, но совершенно очевидно, кто выступал в роли доставщика...
Марк смог, он справился со свалившимися на его долю злоключениями и смог справиться с ними. Уверен, если бойню он воспринял скорее как героический подвиг, то вот потеря родни оставила на его сердце серьезную рану. Такое не проходит бесследно.
И все равно парень не сдался.
Сейчас это первая действительно приятная новость за долгий промежуток времени, так почему бы не порадоваться ей?
Хотя бы сейчас, когда все плохое уже позади...
— Дорогой, — хриплый голос Миры пробирал до костей.
Каждое слово давалось ей с трудом, но оттого их эффект становился только сильнее. Настолько, что ее недовольство ощущалось на физическом уровне. И не нужно быть экспертом в области психологии, чтобы это понять. Достаточно присмотреться к своему окружению. Например, к животным, очень тонко чувствующим приближение опасности.
И пусть крысы у меня нет...
Зато нашлась киса, что, несмотря на хромоту, предпочла покинуть пещеру и удалиться в менее комфортное, но более безопасное место.
— Дорогой!
Эльфийка лежала в том же положении, в котором я оставил ее. Не похоже, чтобы у нее были силы подняться, оттого вся злоба выплескивалась вместе с криком. Хотя исходящие от ее тела эманации мрака меня немного смущали. Сейчас их немного, не хватит даже на одну атаку, но...
... но чем больше времени я теряю впустую, тем опаснее становится ситуация. И с каждым оборотом секундной стрелки плотность мрака нарастает в геометрической прогрессии.
— Какого хрена ты пялишься на груду камней и глины с настолько дибильным выражением лица, словно подросток, впервые увидевший голые сиськи! — девушка хрипло прокашлялась. — Тем более, когда рядом лежу такая беззащитная я! — и пусть говорила она это едва ли не надрываясь...
Ее так называемая «беззащитность» своими проявлениями сможет довести до седин неподготовленного зрителя. Камни, оказавшиеся в непосредственной близости от девушки, уже покрывала тонкая сеть трещин, сквозь которые прорывалась мрачная дымка. И концентрация ее все продолжала расти...
В таких условиях уже не будешь беспокоиться о чужих жизнях. Свою бы спасти. И не стоит рассчитывать на «всесильное» исцеление. Эльфийка меня, конечно, не убьет, но вляпаюсь так, что просто жуть. А значит, настало время воспользоваться мудростью древних свитков — проявить любовь и заботу!
Но для начала необходимо отвлечь ее внимание сторонним вопросом. Ее мозг в суматохе будет стараться нащупать несуществующую логическую цепочку, и в этот момент я подсуну ей спасительную соломинку — то, что она и так желает услышать.