Костя внимательно посмотрел на нее, будто начиная осознавать свою новую роль в приготовленном Лизой сценарии, но так ничего и не спросил, уточнив лишь, как ему себя вести, если, например, девочка ночью чего-нибудь испугается и захочет прийти к маме.
— Не волнуйся, — сказала Лиза, — там рядом спит няня. — Она могла добавить, что к тридцати восьми годам неплохо бы ему тоже узнать, что такое отцовское счастье, но тогда пришлось бы говорить, что она готова с ним это счастье разделить, а разговор совершенно к этому не располагал.
А Лиза была готова, хотя весь ее житейский опыт и знание жизни подсказывали, что Костя мог бы действительно стать идеальным мужем, будь он лет на семь-восемь старше, либо она на столько же моложе. Поэтому и не имелось у нее на самом деле никакого сценария — невозможно было написать сценарий, основываясь лишь на том, что она начала бояться Костю потерять. И очень сердилась на себя за это. Потому что эта боязнь непременно должна привести к ошибкам, которых он поначалу замечать не будет… В общем, думать обо всем этом было очень неприятно.
По счастью, сумасшедший ритм жизни и отсутствие видимых угроз отгоняли неприятные мысли на периферию сознания, откуда им удавалось сбежать в исключительных случаях.
Одним из таких случаев был вечер знакомства с Юрием Петровичем. Костя долгое время не хотел соединять две основные составные части своей жизни, но в какой-то момент решил, что это его нежелание может быть неверно истолковано обеими сторонами. И они встретились. Но не втроем, а вчетвером, потому что Юрий Петрович приехал на ужин не один, как и предупреждал, а с девушкой — очень милой, очень воспитанной и очень привлекательной. У девушки был один серьезный недостаток — возраст, она была моложе Лизы лет на пять. Костя всю эту ситуацию воспринял как данность и весь вечер на пару с Юрием Петровичем развлекал дам смешными историями. Ранее он никогда не видел своего старшего товарища с женщинами и ему было очень приятно, что и эта часть жизни Юрия Петровича соответствует его высоким представлениям о качестве. То есть он оказался единственным из четверых, кто не обратил внимания на некоторое возрастное несоответствие — Юрия Петровича оно, по-видимому, забавляло, его спутницу тоже, но Лизе всеобщее веселье давалось с трудом. Не то чтобы она в первый раз оказалась в подобной разновозрастной компании, но ей почему-то с самого начала показалось, что Костя уделяет этой непонятно откуда взявшейся шлюшке слишком много внимания. Конечно, за ужином она постаралась остаться безукоризненной и очаровательной. Но после, уже в машине, дала волю эмоциям.
— На сколько он ее старше, лет на тридцать? — вкрадчиво начала разговор Лиза. Тут бы Косте этот удивительный факт осудить и поддержать свою подругу в ее справедливом негодовании, но он, еще не научившийся угадывать тонкие проявления женской души, безразлично ответил:
— Наверное, — и усугубил ситуацию вопросом: — она тебе понравилась?
— А тебе? — холодно ответила Лиза, чувствуя, что через мгновение действия речевого аппарата начнут опережать призванные контролировать его органы.
— Мне кажется, такая девушка не может не понравиться, — и, улыбаясь, посмотрел на Лизу, ожидая, что она подтвердит его высокую оценку.
— И сколько же такая красавица стоит на день? — услышал он в ответ. — Тысячи две евро или больше?
— Лиза, ты о чем? — Костя посмотрел на нее и только сейчас почувствовал, что упустил что-то важное в сегодняшнем вечере. — Ты о чем говоришь, я не понял?
— Я говорю о том, что ты сам прекрасно знаешь и не прикидывайся невинным мальчиком, тебе это не идет. Я думаю, ты со своим наставником не первый раз девочек на вечер заказываете, может, ты и в командировки их берешь, цены-то должен знать…
Это было в первый раз. Никогда до этого она не несла подобной ахинеи.
— …ты же не будешь меня убеждать, что это его любимая девушка, с которой у него серьезные отношения…
Он молчал, пытаясь прислушаться к неприятным, тяжелым, ядовитым парам, постепенно заполняющим голову и парализующим желание отвечать.
— …что ты молчишь? Может, ты с ней тоже встречался уже или у тебя на таких денег не хватает. Совсем из меня дуру хотел сделать… — последней фразой она перешла на визг и неожиданно замолчала.
С большим опозданием управляющие центры взяли контроль за речевым аппаратом. Несколько километров они проехали в полной тишине.
— Что-то мне нехорошо, — сказала Лиза совсем другим тоном, — дай руку, а то у меня голова что-то кружится, не давай мне в следующий раз пить столько.
Они приехали к Лизе домой, переоделись, она приняла душ, он заварил чай, они сидели и пили чай с вишневым вареньем на кухне, будто ничего не случилось.
Но оно случилось, и у Кости не возникало никакого желания оставлять осевшее дерьмо на следующее утро.
— Как ты себя чувствуешь? — участливо спросил он.
— Лучше. Душ помог, и чай помог. Везет же тебе, что ты никогда пьяный не бываешь, — вздохнула Лиза и виновато улыбнулась.
— Лизуня, ты тоже не была пьяная, — сказал он, глядя в ее большие зеленые глаза.
