— Я прошу их замолвить за меня словечко, когда они попадут туда, где в конце тоннеля горит свет.
Элли шлепнула его по руке и засмеялась:
— Да ладно! Никогда не поверю!
Но, по правде говоря, понять, когда Дмитрий шутит, а когда говорит правду, было непросто.
По примеру Дмитрия Элли вошла в одну из пациенток и осторожно намекнула женщине о своем присутствии, стараясь не напугать ее.
Поборов неловкость, Элли рассказала о тоннеле и горящем в его конце свете. Дмитрий был прав — ничего больше не понадобилось. Женщина пришла в состояние неописуемого умиротворения и спокойствия. Услышав рассказ Элли, женщина начала бурно благодарить девочку. Она не спросила, кто Элли такая, видимо, для нее это не имело особого значения. Для женщины была важна сама весть, а не тот, кто принес ее. Элли вышла из тела женщины и почувствовала, что состояние мира и покоя передалось ей самой. Да, заниматься милосердием куда приятней, чем правосудием, подумала девочка. Того, что можем дать мы, никто из живых родственников больного принести страдающей душе не способен. Возможно, ради этого стоит вселяться в живых, подумала Элли.
Девочка пообщалась с десятью, а может, и более, пациентами и наконец почувствовала крайнее утомление. Больные были ей так признательны, что Элли поняла: пора остановиться.
Когда ребята вышли из больницы, уже темнело. Элли с удовольствием вспоминала все те чудные вещи, которыми ей пришлось заниматься в течение дня. Она не переставала изумляться тому, что ей довелось увидеть и попробовать. С самого первого дня, когда она открыла в себе способность вселяться в живых людей, Элли жила в страхе. Ей казалось, что ее способности — гнусный маленький секрет, нечто такое, чем можно пользоваться, когда другого выхода уже нет. Она просто не видела большую часть возможностей, открывавшихся перед ней!
— Ты понимаешь, как много мы можем сделать? — спросила она Дмитрия. — Мы можем нести людям правду о самых страшных нераскрытых преступлениях, творить мир в тех местах планеты, где льется кровь. Да мы с нашими способностями могли бы изменить мир!
Дмитрий согласился с ней, заметив, что ее планы, как всегда, грандиозны.
— Я лишь показал тебе край картинки, а ты уже собираешься менять мир!
— Я не сказала, что хочу этим заниматься, но такая возможность есть.
Вдруг взгляд Дмитрия изменился. Всего секунду назад в нем плясали искры юмора, а теперь появилось какое-то даже изумление, словно парня внезапно посетила какая-то ошеломляющая мысль. Он смотрел на Элли как на чудо. Элли почувствовала себя неловко и отвернулась.
— Возможно, я слишком узколобый человек, — пояснил Дмитрий. — В этом всегда было мое слабое место, но благодаря тебе я изменюсь. Постараюсь начать думать более… глобально.
В тот момент Элли подумала, что он, как всегда, шутит. Она была слишком занята мыслями о том, как можно изменить мир, вселяясь в тела живых людей. И не думала о том, что однажды мир захочет изменить ее.
В книге «Вы не знаете, что такое повелевать живыми» Элли Отверженная приводит следующее наблюдение: «В отличие от большинства призраков, тех, кто умеет повелевать живыми, память никогда не подводит. Мы никогда не забываем, кем были в земной жизни. Важно понимать, что, обладая способностями, которые встречаются далеко не у всех, мы тем не менее во всем остальном обычные призраки. Все должны понять это. Мы можем жить в двух параллельных пространствах — в Стране и мире живых. Если мы хотим, чтобы нас не боялись и уважали, нужно стараться быть как можно лучше как в одном мире, так и в другом».
Нашвилл — большой город, и ребята понимали, что покинуть его быстро не получится: там было слишком много интересных возможностей для той части компании, к которой теперь принадлежала и Элли. Только Мики был раздражен тем, как медленно они продвигались.
— Мне казалось, ты хочешь встретиться с семьей, — напомнил он Элли.
— Да, я хочу, но я так долго ждала, что пара дней ничего не изменит.
