УСТАНОВИЛ:
Фролов, 21 ноября с. г., доложив Командующему Ленинградским фронтом о готовности вверенной ему дивизии к выполнению боевой задачи, получил от него устный приказ о прорыве блокады противника на одном из участков фронта, о чем 22 ноября с. г., по возвращении в дивизию, информировал комиссара дивизии Иванова. На деле, Фролов и Иванов к выполнению боевого приказа Командования фронта отнеслись пораженчески, проявили трусость и преступное бездействие, причем Фролов двум представителям фронта заявил за 3 часа до начала операции, что он не верит в успешный исход операции
В результате этого ответственная операция на одном из важных участков Ленинградского фронта была сорвана.
Таким образом, в трудный и ответственный момент для Ленинграда и Ленинградского фронта, когда командиры и политработники фронта, не щадя своей жизни мужественно и честно выполняют боевую задачу по прорыву вражеской блокады вокруг Ленинграда, Фролов и Иванов нарушили воинскую присягу, обесчестили высокое звание воина Красной Армии и своим трусливыми пораженческими действиями нанесли серьезный ущерб войскам Ленинградского фронта.
Вышеизложенными действиями Фролов и Иванов совершили преступление, предусмотренное ст. 193–17 п. «б» УК.
Руководствуясь ст.ст. 319 и 320 УПК, Военный Трибунал
ПРИГОВОРИЛ:
Фролова Ивана Михайловича и Иванова Константина Дмитриевича, в соответствии со ст. 23 Положения о прохождении службы командным и начальствующим составом РККА, лишить военного звания
Фролова — «полковника» и
Иванова — «полкового комиссара».
На основании ст.193–17 п. «б» УК — Фролова Ивана Михайловича и Иванова Константина Дмитриевича подвергнуть высшей мере наказания —РАССТРЕЛЯТЬ.
Приговор окончательный и обжалованию не подлежит. Подлинный за надлежащими подписями.
Верно
Совершенно секретно
СПРАВКА
С начала военных действий по 19.XII-1941 г. частями и органами ОВТ ЛФ, городской, областной милицией, ж. д. милицией ДТО Октябрьской и Ленинградской железных дорог в тылу Ленинградского и ранее Северного фронта:
Задержано дезертиров и подозреваемых в дезертирстве — 78 196 чел.
В том числе:
Уклонившихся от призыва и мобилизации — 4733 чел.
1. Военнослужащих, задержанных в тылу фронта без документов, с неоформленными документами, самовольно отлучившиеся из части и пр. — 49 717 чел.
2. Арестовано непосредственно после фильтрации — 3237 чел.
3. Направлено в военкоматы и воинские части — 61 583 чел.
4. Выявлено во время предварительного расследования шпионов — 246 чел.
ПРИМЕЧАНИЕ: основная масса задержанных падает на август, сентябрь и начало октября с. г., т. е. в период отхода наших частей.
НАЧАЛЬНИК ШТАБА ОХРАНЫ ВОЙСКОВОГО ТЫЛА
ЛЕНИНГРАДСКОГО ФРОНТА ПОЛКОВНИК (ДРЕЕВ)
21 декабря 1941 г
г. Ленинград
Измена родине является самым тяжелым преступлением, в особенности в настоящее время, когда страна подверглась наглому нападению со стороны озверевшего фашизма и над нашей страной нависла грозная опасность, когда врагами разрушается наше народное хозяйство, когда наши советские люди, растигнутые
Изменить своей родине, независимо от того, в чем это выражается — в переходе ли на сторону противника, в агитации, направленной к сдаче в плен, или в активной деятельности на пользу врагу (шпионаж, выдача государственной тайны) — решиться на это гнусное преступление может только враг советского народа. Вот почему, борьба с изменниками должна быть беспощадной, без «сантиментов» и либеральных ссылок на так называемые «смягчающие обстоятельства».
Особенно решительной и суровой должна быть борьба с изменой родине со стороны военнослужащих, т. е. тех граждан, которые выполняют почетную обязанность перед родиной, обязанность с оружием в руках отстаивать каждый вершок нашей советской земли, защищать нашу свободу, народное хозяйство, свои очаги, свои семьи.
Поэтому в Уголовном Кодексе РСФСР измена родине, совершаемая военнослужащим, выделена в самостоятельную статью (58–1 п. «б»), имеющую абсолютно определенную санкцию — расстрел.
Удар по врагу должен быть быстрым и решительным. Однако он должен быть нанесен правильно, а, поэтому, каждое дело об измене родине должно быть расследовано не только в самые сжатые сроки, но и с максимальной полнотой. Быстрота расследования отнюдь не должна отражаться на качестве следствия.
Прошедшие через Военную Прокуратуру и Военные Трибуналы Ленинградского фронта дела этой категории показывают наличие в них значительного процента недоброкачественно расследованных материалов.
