Летом 1942 г. немецкая пропаганда использовала успешные действия Вермахта на южном направлении, а также поражение 2-й ударной армии под командованием А. А. Власова и его пленение. Особое значение в пропаганде занимал «новый земельный закон»67. В многочисленных листовках предпринималась попытка доказать, что в оккупированных районах СССР немцы пользуются поддержкой народных масс и ряда политических организаций.
На Ленфронте были сброшены листовки, представлявшие собой «резолюции» митингов рабочих, женщин и колхозников в поддержку немецко-фашистской власти. Одна из таких листовок была подписана от имени «Совета Революционеров Освобождения России» некими Морозовым П. М., Соловьевым И. Д. и Карасевым Ф. М.68
За исключением листовок, адресованных представителями национальных меньшинств, а также бывшим репрессированным, содержание пропаганды противника охватывало в основном общеполитические вопросы. Что же касается отношения к Ленинграду, то высшее нацистское руководство его не изменило, будучи уверенным в том, что на Восточном фронте Германия имеет дело с Untermenschen.[53] В октябре 1942 г. Гиммлер направил командованию группы армий «Висла» документ под названием «Die Sowjetischen Massnahmen zur erfolgreichen Verteidigung Leningrads» («Советские мероприятия по успешной защите Ленинграда»). В нем говорилось:
«Пусть все увидят с каким жестоким, хладнокровным противником нам приходится иметь дело. В отношении его не может быть и речи о заключении договора или жалости, [нужна] только суровость и еще большая твердость…»
Гиммлер заявил, что советская власть, руководствуясь соображениями военно-стратегического порядка, обрекла население блокированного Ленинграда на голодную смерть. Для Гиммлера оборона Ленинграда оказалась еще одним подтверждением верности «теории» нацизма, «призванного» решить проблему аваров, монголов, татар и турок69.
Осенью 1942 г. немецкая пропаганда на Ленфронте старалась использовать существенное новшество, принесшее ей определенный успех в период операции по пленению значительного количества военнослужащих 2-й ударной армии, попавших в окружение. Вместо призывов к убийствам комиссаров и политработников в листовках содержались обращения к политсоставу переходить на сторону немецкой армии70. В ряде листовок, адресованных политработникам, была предпринята попытка вступить в дискуссию по принципиальным теоретическим вопросам, вопросам морали. В частности, поднимались такие проблемы, как сущность отечественной войны, отношение политработников к общечеловеческим ценностям, в чем состоит смысл жизни и т. п. В листовках этого типа провозглашалась амнистия всем коммунистам и политработникам Красной Армии, которые добровольно перейдут на сторону Вермахта. В сброшенной 31 октября 1942 г. в расположении войск фронта анонимной листовке «К товарищам — бойцам, командирам и политработникам Красной Армии» содержалась развернутая и внешне привлекательная программа строительства «послевоенной России» и выхода из войны. Она включала в себя следующие положения:
1) прекращение военных действий,
2) перевод военной промышленности на производство товаров широкого потребления и сельскохозяйственных машин,
3) личная свобода,
4) амнистия коммунистам и политаппарату,
5) освобождение политзаключенных,
6) возвращение ссыльных,
7) упразднение колхозов,
8) установление единоличного хозяйства и права частной собственности,
9) восстановление ремесел и торговли,
10) свобода вероисповедания,
11) установление социальной справедливости, «мирный труд без большевиков и капиталистов»,
12) сотрудничество народов71.
Такого рода «программы» носили откровенно демагогический характер, поскольку важнейшие вопросы о власти, границах, принципах государственного устройства и так называемого «сотрудничества народов» в них не затрагивались вовсе.
Первые месяцы 1943 г. характеризовались снижением пропагандистской активности противника. Документы военных архивов практически не содержат информации о немецкой пропаганде в зоне действий Ленфронта, хотя в донесениях о политико-моральном состоянии личного состава и приводились примеры пораженческих или других негативных настроений72.
С весны 1943 г. вновь усилилась радио- и листковая агитация немцев. В связи с этим в некоторых частях КБФ появились случаи антисемитских высказываний73, а Политуправление Ленфронта в мае издало специальный приказ о борьбе с пропагандой противника. В приказе отмечалось, что отличительной особенностью немецкой пропаганды было использование на всех участках фронта звукопередач. Содержание антисоветской агитации охватывало следующие темы:
1) популяризация власовского «Комитета» и его программы, целей РОА,
2) призывы к переходу на сторону немцев и обещание льгот изменникам (приказ ОКВ N 13),
