И все-таки он был человеком своеобразным. Вот этому неизвестному Кирову, его сомнениям, ошибкам, светлой вере в будущее России и посвящена эта книга.
Так кто же такой Киров? Популист? Великий государственный деятель? Друг или соперник Сталина?
Ответить на эти и многие другие вопросы нам помогут документы.
В народе говорят, что «танцевать надо от печки». Так и здесь, чтобы до конца разобраться в личности С. М. Кирова как политического деятеля, необходимо еще раз вернуться к его детским и юношеским годам. Здесь началось формирование его характера, его взглядов на жизнь, отношения к людям.
Метрическое свидетельство гласит, что Киров родился в Уржуме[1] 27(15) марта 1886 года в семье мещан Мирона Ивановича и Екатерины Кузьминичны Костриковых. Однако в паспорте Кирова до революции и его партийном билете год рождения обозначен — 1888-й. Эта дата появилась в документах Кострикова (Кирова) во время его первого ареста — 2 февраля 1905 года в Томске. Вероятнее всего, такое исправление в его паспорт внесли члены местной социал-демократической организации: в связи с такой поправкой юноша становился несовершеннолетним, и ему понижалась возможная мера наказания. Кстати, в паспорте С. М. Кирова, полученном им при паспортизации 1933 года, год рождения значится как 1885[2].
Кстати, на мемориальной доске С. М. Кирова, установленной на Кремлевской стене, неточно датирован день рождения — 28 марта. Вероятно, это объясняется ошибкой в летоисчислении при переводе даты его рождения со старого на новый стиль.
Вопрос о родословной Кирова содержит противоречивые и не совсем точные сведения. В воспоминаниях его родных — сестер Анны Мироновны и Елизаветы Мироновны — излагается общепринятая, официальная версия об их отце и бабушке. Первоначально она была сформулирована писательницей А. Голубевой в ее книге «Мальчик из Уржума»; Для ее написания А. Голубева выезжала в Уржум, встречалась с сестрами Сергея Мироновича, старожилами города. Постольку поскольку источник фактически был один — сестры, то сведения об отце ограничивались фразой: «Пропал без вести, уйдя на заработки». О бабушке рассказывалось немного больше: о ее тяжелой доле — «вдовы николаевского солдата», о ее смерти «в возрасте 95 лет». Скупые сведения о своей родословной приводит и родной племянник Кирова — сын его младшей сестры — К. В. Верхотин[3].
И это понятно и объяснимо. В маленьком провинциальном городке, где люди, принадлежащие к одному социальному кругу, прекрасно знали друг друга, пьянство считалось величайшим позором. Поэтому и дочери и внук тщательно избегали не только писать об этом, но даже говорить на эту тему среди членов семьи.
Впоследствии, уже после смерти Кирова, его биографию приукрашивали все, видимо, следуя мудрой пословице: «О покойниках говорить либо хорошо, либо ничего».
Впервые назвал отца Кирова «алкоголиком» публицист С. С. Синельников[4].
И может быть, сегодня, когда алкоголизм поразил значительную часть населения России, неся зло семье, порождая нравственное разложение личности, об этом не стоило и писать, если бы не продолжающиеся публикации, несущие неправду об отце нашего героя. Историк В. И. Клюкин:
Между тем вопрос об отце Кирова вовсе не предмет праздного любопытства. Он не только позволяет уточнить факт его биографии, но поможет высветить отдельные черты его характера: контактность, сдержанность, стремление к знаниям, желание «выбиться в люди».
