Очень скоро миниатюрные пейзажи на тарелке стали предметом творчества художников, поэтов. Появились люди, которые превратили это занятие в искусство.
Новое дыхание получило выращивание карликовых деревьев и строительство «пейзажей на тарелке» в Японии, куда оно попало в 6 веке вместе с приехавшими из Китая японскими монахами-буддистами. Говорят, японская императрица была в восторге, получив от китайского посла в подарок изящный «паньцзин».
В Японии эти миниатюры получили название «бонзай», что в переводе имеет то же значение, что и китайское «паньцзин» – растение в горшке. «Бонзай» пришелся по душе японцам. Как и пришедшая из Китая чайная церемония, искусство составлять букеты, которое назвали здесь «икебана», традиционное китайское единоборство «ушу», трансформировавшееся на японских островах в национальный вид спорта «дзюдо» и т. д. Сегодня самая крупная в мире коллекция «Бонзай» находится в саду японского императора. Некоторым экземплярам из этой коллекции по 300—400 лет.
На Запад «бонзай» проник через Японию, как чисто японская затея. Сегодня в 30 странах мира есть более сотни организаций, объединенных в Международную Ассоциацию «Бонзай». Многие из членов этой организации приехали на выставку цветов в Пекин, отдавая дань уважения родине «бонзая». И не только по этой причине. В залах, где выставлены карликовые деревья, можно купить понравившиеся экземпляры.
Около одного киоска собралось особенно много посетителей. Оказалось, что это желающие купить деревце, стоящее как бы под сильным порывом ветра. Мы спросили у продавца, почему такой интерес именно к этому деревцу.
«Это маленькое деревце не боится урагана, – сказал он. – Видите, гнется, но не ломается. Если оно у человека всегда перед глазами, у него тоже будет больше стойкости и силы. Природа поделится с ним». И добавил: «Растения в доме не только для души приятны, но и для здоровья полезны. Это в Китае давно уже знают».
«Паньцзин» не только радующее глаз дерево или композиция. Для посвященного – это целое повествование. Имеет смысл даже количество деревьев на тарелке. Например, цифры 3 и 6 обещают счастье и процветание. Корни или сучья могут быть изогнуты таким образом, что вырисовывается иероглиф, обозначающий счастье или успех, здоровье или долголетие. В хитросплетении ветвей и корней при желании можно увидеть профиль дракона, силуэт крадущегося тигра или другие столь близкие душе китайца символы. Деревце то стоит прямо, то клонится, то словно опускает ветки в воду. И все со значением.
В небольшом уезде Нинцзинь, что на стыке двух китайских провинций Шаньдун и Хубей, традиционно проходит очередной международный фестиваль. На несколько дней заштатный уездный городок становится столицей соревнования сверчков.
По улицам развешаны разноцветные флажки с изображением сверчков, гремят национальные оркестры, имитируя стрекот этих насекомых, на городском стадионе проходит грандиозный парад участников из разных провинций Китая и зарубежных стран.
Парад открывают ребятишки – ученики местных школ, наряженные под сверчков в темные костюмчики и в усатых масках. Звучат речи, в воздух поднимается флаг соревнования с изображением все того же героя дня – сверчка… Ну, чем не Олимпийские игры?
Чем же маленький сверчок заслужил такую большую честь?
Сверчки, эти небольшие насекомые, внешне напоминающие кузнечика, уже много тысячелетий служат предметом изучения и увлечения китайцев. Всего насчитывается 67 видов поющих сверчков. Они селились и в скромной хижине крестьянина, и во дворце императора, создавая домашний уют своим мелодичным пением. Поэты воспевали их в стихах, художники изображали на картинах.
Это Ду Фу, классик китайской поэзии. А написаны эти стихи были еще в конце 7 века.
Предания и легенды рассказывают о том, как императоры, во дворцах которых в миниатюрных домиках из слоновой кости, фарфора и золота обитали эти маленькие музыканты, считали их своими друзьями, которым можно доверять самые сокровенные мысли.
«Домики для сверчков» и сегодня можно увидеть в китайских дворцовых музеях. Некоторые домики являются настоящими шедеврами ювелирного искусства, и в свое время их обслуживал целый штат слуг, которые гуляли со сверчками, готовили им изысканные блюда, следили за чистотой воды в крошечных чашках. Дворцовые лекари готовили им специальные лекарства в случае болезни. А после ухода в лучший мир их торжественно хоронили в гробах из серебра или драгоценных пород дерева.
