Неизвестный Сталинград полностью

Для того чтобы заткнуть брешь в обороне, вечером 29 сентября командование 62-й армии вынуждено было срочно переправить обратно в город батальоны 42-й и 92-й сбр. Остатки бригад, разгромленные в устье Царицы, спешно пополнили бойцами из тыловых подразделений, а вместо арестованных комбригов назначили новых командиров. По спискам в 42-й сбр было около 400 человек, а в 92-й сбр и того меньше – в двух батальонах насчитывалось 165 бойцов и командиров. Также из центра города в район поселка имени Рыкова перебросили 685-й сп 193-й сд, до этого действовавший оперативном подчинении 13-й гв сд генерал-майора А. И. Родимцева.

Вечером 29 сентября начальник Сталинградского управления НКВД майор госбезопасности А. И. Воронин, остававшийся в городе, отбил своему руководителю Л. П. Берия следующую телеграмму:

«В течение трех дней, начиная с 27 сентября, авиация противника непрерывно бомбит боевые порядки наших войск в районе города Сталинграда, заводы «Красный Октябрь», «Баррикады», СТЗ и рабочие поселки этих заводов. Заводы и поселки горят. Завод № 221 разрушен полностью. Все цеха завода «Красный Октябрь» сгорели. На СТЗ полностью разрушены и горят 19 цехов, остальные получили значительные повреждения. Большинство оборудования в результате пожаров повреждено и уничтожено».

Знаменитые индустриальные гиганты – сталинградские заводы «Красный Октябрь», «Баррикады» и СТЗ – были окончательно превращены в руины.

Последняя ночь сентября была на удивление спокойной. Скользя на малой высоте, тарахтели двигателями У-2, сбрасывая на любой свет внизу в занятых немцами районах города – будь то костер или отсвет «буржуйки» – небольшие бомбы. На нескольких тысячах метров светили выхлопными патрубками ТБ-3 и «Дугласы», неся тонны бомбовой нагрузки в сторону узлов железных дорог: в конце сентября советские штурмовики и дальние бомбардировщики разнесли в щепки несколько железнодорожных составов и станции Чир, Суровикино и Нижний Алексеевский. Немецким интендантам оставалось лишь подсчитывать сотни тонн сгоревшего горючего и тысячи уничтоженных снарядов для гаубиц и танковых орудий – советская авиация брала свой небольшой реванш.

С утра вновь перешли в наступление против немецкого «северного заслона» дивизии и танковые корпуса только что сформированного Донского фронта. В документах 6-й армии отмечено:

«С раннего утра начались атаки многочисленных танков и сильной пехоты в полосах 3-й и 60-й мд XIV танкового корпуса, которые были отражены огнем артиллерии. Русским удались местные вклинения…»

К вечеру наступление превратилось в избиение для советских частей: прорвавшиеся через немецкие позиции танки без поддержки пехоты стали хорошей мишенью для артиллеристов и расчетов 88-мм зенитных орудий. К вечеру XIV танковый корпус вермахта отчитался аж о 98 уничтоженных за день танках. Тем не мене дорогой ценой советское командование выбило передышку, так необходимую 62-й армии Чуйкова. В этот день LI корпусу, действующему в городе, наступательные задачи не ставились – боевые группы 24-й тд и 100-й егд «проводили улучшения своих исходных позиций для последующего наступления и проводили зачистку занятых районов».

Во второй половине дня подразделения группы «Эдельсхайм» 24-й тд пересекли безымянный овраг и вплотную подошли к окраинам Скульптурного парка, заняв »плацдарм через овраг 74С по линии 74С2 – 74D1 – 74А4».

На участке 100-й егд «зачистка» поселка имени Рыкова вылилась во встречные кровопролитные бои с остатками полков 193-й сд. Согласно донесениям егерей, правофланговый батальон достиг железной дороги у северо-западных окраин завода «Красный Октябрь». В центре 369-й хорватский пехотный полк 100-й егд вышел к западной части площади перед школой № 5, но дальше продвинуться не смог из-за ожесточенного сопротивления 883-го сп.