Утро среды наступает чересчур быстро, как по мне. Сказать, что я спал больше двух часов – это преувеличение. Все, что поведала Грэйс, каждое слово, каждый проблеск этих ее странных ясных глаз проигрывался у меня в голове бесконечным циклом. Зак сказал, она была абсолютно на все согласна, она хотела его. И он поделился фотографиями, чтобы это доказать. Я давно с ним знаком. Я могу определить, когда Зак лжет, и не думаю, что он лжет. Хотя, дело вот в чем – я также не думаю, что Грэйс лжет.
Это не самое худшее. Остаются еще ее слова о совершении правильных поступков вместо легких. Она смотрела прямо на меня, то есть, прямо мне в глаза, и, клянусь, я практически слышал ее мысли: "Я знаю, что ты знаешь, гад, так почему же просто не признаешь это?".
Но даже эта часть не самая худшая. Нет, хуже всего то, что я поцеловал ее. Я, мать вашу, поцеловал Грэйс Колье – девушку, выдвигающую ложные обвинения в изнасиловании. И я едва не сделал это снова.
Боже, бесполезно! Отбрасываю одеяло в сторону, поднимаюсь с кровати, тру глаза, затем иду в душ. Я не могу рисковать, разъезжая с ней по всему району, чтобы сфотографировать папины проекты. Я не могу находиться рядом с ней. Не могу встречаться с девушкой, которая пытается разрушить жизнь Зака. Заканчиваю одеваться, но уходить еще рано, поэтому плюхаюсь обратно на кровать и смотрю на стены.
На одной из них висит паутина. Я поднимаюсь, хватаю полотенце, смахиваю ее. Какого черта. Почему бы во всей комнате не прибраться, раз уж начал. Бросаю грязную одежду в корзину, ту, что не воняет апельсинами или мной, складываю в комод, навожу порядок на столе. Управившись, замечаю, что пора выезжать.
– Йен, ты готов, уже… – Папа открывает дверь, просовывает голову внутрь и забывает завершить предложение. – Ты сделал уборку? – Нахмурившись, он прикладывает руку к моему лбу. – Ты заболел, или что?
Уворачиваюсь от его руки.
– Я в порядке. Вы договорились о моем визите к доктору?
– Да, на пятницу.
– Клево. Спасибо. – Беру свою куртку, телефон, бумажник. – Идем.
– Ладно, что с тобой такое? Ты не наводишь в комнате порядок без угроз. Что происходит?
– Спать не мог. Проснулся рано, нужно было чем-то заняться.
– Голова болит?
– Да… нет! Не из-за сотрясения. Из-за всей этой истории с Заком и Грэйс.
Папа взмахивает рукой.
– Почему ты не спросишь у остальных своих друзей, что они видели? Возможно, это поможет.
Я пожимаю плечами и киваю.
– Ага. Возможно.
– Завтрак готов. Не задерживайся.
Он захлопывает дверь, а я смотрю на нее, гадая, что, черт возьми, сейчас произошло. Этот более добрый, спокойный папа приводит меня в замешательство.
Он предложил расспросить других моих друзей. Вообще-то, я ни с кем не разговаривал. Джереми, Мэтт и Кайл были там. Линдси, Миранда и Сара Гриффин тоже были там. Я ни у кого не спрашивал, что они видели. Есть ли смысл? Парни встанут на сторону Зака. Линдси и Миранда кинули Грэйс, поэтому они наверняка верят его версии развития событий. Единственная темная лошадка – это Сара. Я должен поговорить с ней, посмотреть, верит ли она в нынешнюю теорию. Грэйс поссорилась с Мирандой, Грэйс захотела поквитаться с ней и замутила с Заком.
Качаю головой. Никакая глупая ссора с кем угодно не могла поселить в глазах Грэйс тот страх, какой был виден вчера, когда папа бросил мне ключи от машины.
Во время промежуточных экзаменов мистер Тебитт неверно сформулировал вопрос в тесте по биологии. Все остальные сидели и ныли о несправедливости, но Грэйс единственная бросила ему вызов. Она на полном серьезе подошла к учителю и сказала, что на тот вопрос было два правильных ответа, и каждый, кто выбрал один из этих двух ответов, должен получить балл. Тебитт велел Грэйс сесть на место, а потом пригрозил отправить ее к мистеру Джордану, только она не отступила. Я бы провалил этот тест, если бы Грэйс не отвоевала для всех нас балл за плохой вопрос. До вчерашнего дня я бы поклялся Богом – быть не может, чтобы Грэйс Колье чего-то боялась.
Только она боится.
Выругавшись, швыряю полотенце на кровать. Очередной день с Грэйс. Как, черт побери, мне смотреть ей в лицо после всего, что я наговорил вчера?
Как, черт побери, мне справляться, если она до сих пор мне нравится?
***
Полчаса спустя я натягиваю латексные перчатки, а Грэйс не видно на горизонте. Распаковываю новую бутылку промышленного апельсинового чистящего средства и начинаю опрыскивать, старательно пытаясь не дышать. Бросив взгляд вдоль коридора на шкафчики, которые мы уже вычистили, чувствую себя отлично.
Пока не смотрю в другой конец коридора на все оставшиеся шкафчики.
