Отодвинув два массивных засова, привратник приоткрыл калитку, оглядел кривую улицу снаружи, груду мусора, канаву, кусты — и помахал рукой. Кусты зашевелились, из них вышел чернокожий здоровяк в красных шароварах и сандалиях, с кривой саблей на шелковой перевязи, туго охватывающей телеса. Когда он приблизился, Гарон тихо сказал:
— Прилетела птица, теперь там шум. Они собрались немедленно отправиться в Робы, оставив тут аркмастера одного, но он переспорил их. Сейчас все у ковчегов, хотят ночью взлетать.
— Что, чар улетит вместе со всеми? — так же тихо спросил Буга Тэн.
— Да, на двух ковчегах отправятся. На одном — Владыка с юными гноморобами, как и хотели, на втором — все остальные с аркмастером.
— Ох, плохо это, — протянул чернокожий. — Ох, недоволен будет хозяин... Значит, придется драться.
Огорченно качая головой, он протянул гноморобу кошель. Гарон взвесил его на ладони, развязал, пересчитал золотые монеты. Хватит, чтобы заиметь мастерскую и вступить в цех оружейников. Потом можно привести из Норавейника — если там останется кто-нибудь живой — молодую карлицу... Хотя Гарону больше нравились человеческие женщины. С деньгами и собственной мастерской он сможет подыскать себе какую-нибудь.
Он стоял возле открытой калитки, глядя то на улицу, то на двери домика, где остался Занг. Буга Тэн удалился к кустам и вскоре вернулся. За ним появились другие чернокожие. Один, второй, третий... Уже после первого десятка Гарон сбился со счета. Буга с двумя помощниками нырнул в здание, оттуда донесся короткий вскрик, и здоровяк появился вновь.
Когда все чернокожие прошли через калитку, у ворот образовался большой отряд.
— Можно посмотреть? — полюбопытствовал Буга, протягивая руку к трубе. — Никогда такого не видывал.
Гарон отдал ему трубу, думая о своем: сейчас же покинуть квартал и больше не возвращаться или сбегать к себе, чтобы забрать пожитки? Впрочем, вещей осталось немного, лучше не рисковать.
— Эй, только не дуй! — произнес он, увидев, что чернокожий подносит трубу к губам. — А то все сбегутся. Ну что, я пошел?
— Да я и не собирался, — ответил Буга Тэн и кивнул. Стоящий позади Гарона воин взмахнул кривой саблей, и карла упал.
— Спрячьте его в доме, — приказал Буга. — Нет, погодите...
Он взял из руки мертвого привратника кошель, повесил на пояс, затем снял со своей шеи ремешок с круглым зеркальцем в золотой оправе.
— Унесите предателя, — сказал он, поднимая зеркальце и вглядываясь в него. Чернокожие затащили тело Гарона в дом.
По зеркальцу прошла волна света, затем появилось лицо.
— Плохо тут дело, хозяин, — произнес Буга. — Аркмастер собирается улететь вместе с карлами. Да, они все еще здесь. Да, отправляются в Робы, но не пешком. Нужны еще люди, иначе не справимся.
— Где мы возьмем тебе людей? — брюзгливо откликнулся Сол Атлеко, находящийся в солярии посреди Солнечного Ока. — А нам прикажешь одному идти в пирамиду?
Он взял из руки мертвого привратника кошель, повесил на пояс, затем снял со своей шеи ремешок с круглым зеркальцем в золотой оправе.
— Унесите предателя, — сказал он, поднимая зеркальце и вглядываясь в него. Чернокожие затащили тело Гарона в дом.
По зеркальцу прошла волна света, затем появилось лицо.
— Плохо тут дело, хозяин, — произнес Буга. — Аркмастер собирается улететь вместе с карлами. Да, они все еще здесь. Да, отправляются в Робы, но не пешком. Нужны еще люди, иначе не справимся.
— Где мы возьмем тебе людей? — брюзгливо откликнулся Сол Атлеко, находящийся в солярии посреди Солнечного Ока. — А нам прикажешь одному идти в пирамиду?
Снаружи, приглушенные стенами башни Расширенного Зрачка, доносились крики и лязг клинков.
Альфар Чермор нажал на скрытый рычаг, часть стены сдвинулась, показав неглубокую темную нишу. На каменной полке стояли столбиками золотые монеты, еще здесь были две шкатулки, одна с драгоценными камнями, другая — с украшениями, кольцами и браслетами, снятыми с узников.
В окно сквозь щели между брусьями толстого белого стекла и деревянной оплеткой просачивался запах гари.
Руки Альфара тряслись, когда он сгребал монеты в сумку. Мир, который он знал, хороший, привычный мир, в котором он жил с детства, рушился. На Острог напал Гело Бесон, и уже это было неслыханным потрясением основ. Хотя Бесон — великий чар, аркмастер, и то, что он ворвался в цитадель Черморов, Альфар еще мог стерпеть. Но теперь сюда пришли пепеляне! Сброд, презренные отбросы...
