Некромант полностью

— Мне начинать волноваться? Стряслось что-то из ряда вон?

Я потянулась за элем, но Лаг ловко отодвинул стакан в сторону.

— Силь? Что случилось?

Тщетно пытаясь вернуть себе собственную же выпивку, я собиралась напомнить, что это дело его не касается, но озабоченность на смазливом личике вынудила прикусить язык.

— Дела полиции. Не бери в голову.

— Но ты расстроена.

— С тех пор, как поселилась в этом аквариуме, я всегда расстроена.

— Но не когда видишь меня.

— Заткнись.

Смех его был настолько заразителен, что я сама не заметила, как начала улыбаться в ответ.

— Что? Я не прав разве?

Я уткнулась глазами в поцарапанную столешницу.

— Прошу тебя, Лаг, верни мое пойло. И да — заткнись.

А он снова рассмеялся.

— Сегодня я закроюсь пораньше. — И будто пояснений больше не требовалось, вернулся за стойку.

Эль он, конечно, вернул, только новая порция в желудке не избавила меня от мандража, последовавшего за словами Лага. Что это? Неужели свидание? Неужели у этого дня еще были шансы превратиться во что-то менее паршивое? Присосавшись к краю бокала, я покосилась на удаляющегося бармена. Густая шевелюра, мощные плечи, узкая талия и аппетитная задница — все в нем буквально кричало, что этому самцу достаточно пальцем щелкнуть, чтобы к его ногам легла любая красотка, а он тратит внимание на меня. Ради чего? Из жалости? Или в этом крылось нечто иное?

Будто почувствовав на себе мой взгляд, Лаг оглянулся и подмигнул.

***

Лаг запер бар и через подсобку вывел меня на улицу. В этой части острова некоторые дома нависали прямо над водой и связывались друг с другом паутиной лестниц и переходов. Принялся накрапывать дождик, отчего в носу снова засвербело. Проклятье.

— Только не навернись.

Я замерла на середине спуска и оглянулась через плечо. Лаг стоял на верхней ступеньке и ухмылялся.

— Что? Ты выдула две кружки!

— Воспитанный разумник об этом бы не упомянул, — попеняла я, легко сбегая к широкому пандусу, через который можно было выбраться на тротуар. Шутки шутками, а после забористого эля ноги чутка заплетались.

Лаг, рассмеявшись, присоединился ко мне, притом остановился как-то слишком уж близко.

— Вообще-то я за тебя беспокоюсь, — шепнул он, наклонив голову к моему уху.

Я задрожала, но объяснила себе это тем, что после дождя не просохла как следует, а тут уж и новый подоспел. Рука, скорей по привычке, чем из необходимости, потянулась за платком. Чтоб не выглядеть дурой, пришлось буквально выдавливать улыбку:

— Боишься обвинения в непредумышленном убийстве? — Шутка вышла довольно глупая, но ничего более солидного я в тот момент придумать не смогла.

Лаг не опешил и не ужаснулся, лишь чуть наклонил голову к плечу и ухмыльнулся:

— Разве что чуть-чуть. — А в следующий миг, не спрашивая, подхватил меня под руку и повел к залитому светом фонарей тротуару уровнем выше. Я не сопротивлялась. Даже ради проформы. А если б и захотела, то не посмела бы. Потому что о чем-то подобном мечтала по ночам. Я хотела почувствовать рядом чье-то крепкое плечо, и когда это все же случилось, почти на целую минуту будто онемела. Стало и неловко и, вместе с тем, невероятно хорошо. И даже вечерний Мас Пирей перестал казаться серым и безликим.

Долго такую меня Лаг не вытерпел. Чуть сжав мое предплечье, он прошептал:

— Ты слишком тихая. На тебя не похоже.

Щеки пылали так, что весь остров можно было осветить, и я намеренно смотрела куда угодно, но только не на него.

— Я знаю, на душе погано, но это не повод так зажиматься. Нет, честно. Будто колоду волоку. Расслабься уже, что ли. И хоть посмотри на меня. Я же гуляю с тобой, а не на эшафот веду.

Я прыснула в кулак, будто девчонка, а после все-таки встретилась с ним взглядами. Желтоватый свет фонарей странно отражался от зелени глаз, превращая их в пару самоцветов со странным витиеватым рисунком, будто бы проступавшим из глубины и очень похожим на тот, что покрывал тело убитой девушки…

Кажется, потрясение слишком явно отразилось на моем лице, потому что Лаг переполошился не на шутку:

— Что? Что такое?! Что я сделал не так?

Иллюзия пропала, а я почувствовала себя круглой дурой. Так испоганить томный вечер надо уметь. Отвернувшись к парапету, я испытала дикое искушение сигануть в темные воды.

— Ничего, — пробормотала я, сгорая от стыда. — Прости. Просто померещилось.

— Что померещилось?

— Не бери в голову. Просто переработала. Или перебрала. А может, и все вместе. Не хотела портить вечер. Прости.

— Ничего ты не портишь. — В его голосе слышалось столько убеждения, что я невольно заулыбалась. — Что бы ты ни делала, мне приятно быть рядом. Даже если ты ведешь себя как бука и все время хмуришься. Даже если смущаешься, как девчонка. Это ничего не меняет. Ты мне все равно будешь нравиться. Ты мне нравишься, Силь.