Лазриэль краем глаза видел, что его план сработал и гном победил своего соперника в нелегкой схватке, теперь осталось дождаться, когда тот сможет помочь. А пока, он расплачивался за упущенные секунды. Сгусток тьмы разбил барьер вдребезги, от первой стрелы он сумел увернуться, вторая прочертила воздух в сантиметрах от лица. Третью пришлось отбивать в сторону. Времени на контратаку не оставалось, эльф едва успевал отбивать атаки и уворачиваться. Очередной взрыв темной энергии достиг цели и его отбросило, впечатав в ближайшую стену. Маг судорожно пытался воздвигнуть защиту от чего-то мощного, что готовил верховный шаман.
В этот момент сверкнула оперением тонкая эльфийская стрела и корона вместе с венцом разума, слетела с головы викинга. Полный возмущения и ярости взгляд пронзил лучницу, заставляя попятиться. Ильдвар шагнул в ее сторону, но путь ему преградил Снэбьерн.
— Остановись, отец. Артефакт больше не властен над тобой. Очисти свой разум. — Взывал он, опустив свой меч.
— Жалкий червяк! — Рявкнул северянин и размахнулся секирой, намереваясь срубить сына с дороги, как надоевший сорняк.
Лазриэль вовремя прочитал ситуацию и тугая, нерушимая цепь Ахирона обвилась вокруг лезвия топора, не давая нанести удар. Наконец, собравшийся гном, создал под ногами противника целый лес из призрачных рук, крепко цепляющихся за ноги и не дающих шагнуть. Элиандор пустила стрелу, не особенно надеясь на успех. Шаман поймал ее на лету свободной рукой и сломал.
— Дураки! Вы не знаете, с кем связались! Вы все умрете! — Взревел викинг, напрягая мускулы.
Он резко дернул топором, разрывая цепь и заставляя, потерявшего равновесие, эльфа, шагнуть навстречу. Свободная секира взметнулась вверх и Мощный удар топорищем об пол вызвал настоящий взрыв, разбросав всех в разные стороны. Ударившись о стену, беловолосый воин потерял меч и с трудом переводил дыхание, поднимаясь на локте.
— Отец, очнись, приди в себя, я не хочу тебя убивать. — Взмолился он.
— Сынок, ты так ничего и не понял? Артефакт тут не при чем. Это я им повелеваю, а не он мной. — Звучал злобный хохот ему в ответ. — Повелитель был прав, когда говорил, что вы, светлые, слепы и наивны. Вы делите мир на черное и белое, но стоит укрыться в тени и можно управлять вами, как пожелаешь.
— Эй, Хочешь, я покажу тебе силу света? — Окрикнул Андориус врага.
А когда Ильдвар повернулся в его сторону, воздух разрезал раскаленный добела луч света, ослепляя викинга. В этот момент все смотрели на врага и остальных вспышка почти не задела, лишь оставляя зеленоватые блики на краю зрения.
Лазриэль не растерялся, перехватив инициативу. Он выпустил дрожь земли, сбивая викинга с ног и опрокидывая его на колени. Шаман поднялся на одну ногу, но вторую, маг успел приморозить к полу ледяной ловушкой. Джибаро вложил все оставшиеся силы, сковывая старика молниями. Но даже в таком состоянии, противник, превозмогая боль и магию, поднялся, выдернул ногу из сковывающей ловушки, уперся взглядом в глаза эльфа, обещая нескончаемые муки. Не зная, что еще сделать, маг выпустил некротические потоки, поглощая жизнь врага. Ильдвар, несмотря ни на что, начал концентрировать колоссальное количество энергии, готовый разом покончить с надоевшими букашками.
А потом он разом обмяк. Секира выпала из ослабевших рук, тело рухнуло обратно на колени. Седой старик стоял на коленях посреди полуразрушенного зала. На него ошарашенно смотрели маг, некромант, лучница и апостол. А из груди северянина торчало лезвие огромного двуручного меча. За спиной у него возвышался сын. Белые локоны, казалось еще и поседели. Перепачканное в саже, копоти и пыли лицо, избороздили полосы стекающих слез. Огромный, бесстрашный викинг рыдал, проворачивая меч в груди собственного отца.
— Прости меня. Иного выхода я не нашел. Прости, что не смог спасти тебя. Я навсегда сохраню в истории нашего народа память о тебе, в те времена, когда ты еще не носил артефакта. — Истово заверял он.
— Спасибо и тебе, сын. — Тепло ответил старик.
Лицо его просветлело, глаза на миг обрели былой разум, искра сожаления и горести сверкнула в них. И Ильдвара не стало. Долго еще никто не решался пошевелиться и нарушить великую скорбь Снэбьерна, обнимающего бездыханное тело. Даже гном смиренно молчал.
Когда, наконец, северянин опустил тело на каменный пол, все взгляды были устремлены на него, в ожидании дальнейших действий. Взгляд его был осмысленным и целеустремленным.
В это время в зал, под воинственные крики, ворвались вооруженные викинги, впереди, на радость спутников, вбежал Ульфбран, а когда увидел, что произошло, все дружно преклонили колено перед новым лидером.
— Наши беды теперь позади! — Начал беловолосый свою речь, поднимаясь и стирая рукой соленую горечь с лица. — Причина их проста. Артефакт!
В зале воцарилась гробовая тишина. Все с волнением ждали, что скажет новый лидер.
